Книга Свобода как повод влюбиться, страница 115 – Елена Романова

— Да. Этот брак был необходим для продолжения ветви семьи де Веров. Род семьи леди Амелии тоже очень древний. Кроме того, брак был обусловлен политической необходимостью. Но лорд де Вер отказался, объяснив свой отказ нежеланием подчиниться воле монарха.

— То есть он отказался, не имея никаких объективных причин?

— Да.

— Благодарю вас, лорд де Бьорк, — Эдвард кивнул мне, — свидетель ваш, леди.

Я чувствовала себя неуверенно. В моих руках было нечто большее, чем жизнь аристократа, в моих руках была жизнь любимого человека.

— Лорд де Бьорк, вы сказали, что этот брак был обусловлен политическими мотивами.

— Да, — его глаза сузились, впиваясь мне в лицо.

— Какими?

— Я не обязан обсуждать приказы короля.

Ким-Аварский прочистил горло и сказал:

— Леди, у короля могут быть любые причины.

— Верно, — согласилась я и повернулась к присяжным, — у короля могут быть любые причины, о которых он не обязан никому говорить. Он же король, — в голосе почувствовался сарказм.

— Протестую, ваша честь, — вскипел Эдвард, — защитник спекулирует ситуацией.

Тем временем Миртел оскалился, наклоняясь вперед. Кажется, моя реплика вывела его из себя. Ему, вообще, было невдомек, как такая выскочка, как я, смеет задавать ему, первому советнику, вопросы. Поэтому он не стал юлить, а зашипел с ненавистью:

— Король может отдать любой приказ своему вассалу!

— Спрыгнуть с башни, к примеру?

— Приказ в интересах государства! — повысил голос свидетель, ударяя ладонью по столу. — И мы обязаны выполнить этот приказ!

Я стала мерить площадку перед сидениями присяжных шагами.

— В интересах государства, — повторила я тихо, — лорд де Бьорк, — сказала, вновь сталкиваясь с его презрительным взглядом, — брак лорда де Вера был в интересах государства?

— Да.

— Тогда скажите, брак вашего сына тоже был в интересах государства?

— Протестую! — воскликнул Эдвард, но его отец был разгневан моим вопросом настолько, что выпалил:

— В отличие от де Вера, моему сыну не давали приказов! В отличие от де Вера, мой сын женился на благородной женщине, а не на деревенской выскочке!

На ноги вскочили Эдвард и мой супруг, а судья крикнул:

— К порядку! Леди де Вер, не знаю, чего вы добиваетесь, но прошу, заканчивайте!

— У меня больше нет вопросов, — я поспешила к Роберту, видя, что он едва сдерживается, чтобы не разнести все в пух и прах.

Несколько минут судья пытался утихомирить зал. Я сказала мужу:

— Сейчас Эдвард вызовет тебя. Ты должен делать все так, как мы проговорили утром: отвечать быстро, уверенно и кратко. Если нужно, лги.

Он едва заметно улыбнулся. Эта улыбка означала, что он все равно сделает по своему.

Допрос обвиняемого Эдвард начал с классических вопросов:

— Лорд де Вер, расскажите нам, что послужило поводом отказа от брака с леди Амелией?

— Мое нежелание, — отозвался тот.

— Вы отказались исполнить приказ короля из-за нежелания? — язвительно протянул обвинитель.

— Я свободен сам распоряжаться своей жизнью.

— Говорят, у вас есть определенные убеждения. Расскажете нам о них?

И он рассказал. Все затихли, слушая его. Включая меня. Я никогда столь остро не чувствовала его желания донести свою философию до толпы так, как сегодня. Мы все превратились в немой, свободный от предрассудков орган слуха, готовый доверчиво внимать человеку под следствием.