Книга Свобода как повод влюбиться, страница 20 – Елена Романова

— Эдуард! — раздался встревоженный возглас графа, которым он будто бы сказал: «Бросай все немедленно и посмотри, что случилось с дамой! Лекаря! Врача! Священника!»

— Все в порядке! — рассмеялась я, приводя мужчин в замешательство. — Со мной бывает и хуже!

Де Вер подлетел ко мне на коне, спрыгнул вниз, встал передо мной на одно колено и приподнял лоскут ткани на брюках, осматривая рану.

— Милорд...

— Подождите, Джейн, я должен взглянуть.

Это ж надо! Еще ни разу в жизни мужчина не стоял передо мной на коленях (или одном колене). Прохладная рука графа скользнула по моей ноге, подушечки пальцев коснулись царапины.

— Хотите, я вылечу? — спросил он и поднял голову, заглядывая мне в глаза.

— А вы лекарь?

Чудак-лекарь-граф и... идеальный мужчина. Какая бы женщина не захотела, чтобы такой человек постоял перед ней на коленях подольше?

— Почти, Джейн. Вы позволите? — изящным жестом он извлек платок, приложил к ране.

— О-у, — усмехнулась я, — вы, несомненно, талантливый лекарь, милорд. Кровь точно остановили.

Что это со мной? Я флиртую и хочу понравиться?

Охрана графа в лице трех мужчин тактично молчала и покашливала. Интересно, как выглядело со стороны мое поведение?

— Мне даже не больно, — я отняла его руку, убрала платок и ахнула.

Взглянула на ткань, испачканную кровью, на коленку, не понимая — куда из этого уравнения делась ссадина?

— Вам показалось, — улыбнулся граф, — царапина была крошечной.

Ага... Значит, магия у него все-таки есть.

Рассказывать, как он избавился от досадной ранки, этот морт не собирался. Впрочем, это было не так интересно по сравнению с причиной, которая заставила меня выпасть из седла. Я посмотрела на возвышающиеся за холмом надгробья.

— Что это?

Граф проследил мой взгляд.

— Усыпальница де Веров и кладбище, госпожа Хоткинс.

Я поежилась от нехорошего предчувствия.

Кладбище заливал солнечный свет, но от этого оно смотрелось только мрачнее и таинственнее.

— Там похоронены ваши предки?

— Да, — его взгляд стал задумчивым, — хотите посмотреть?

— Боже упаси, — дрогнула я, — или это то место, которое вы припасли в качестве сюрприза?

Де Вер улыбнулся, перевел на меня взгляд.

— Нет, госпожа Хоткинс, мой сюрприз впереди. Уверены, что можете держаться в седле?

— Уверена только в том случае, если по пути нам не встретится еще одно кладбище.

Ко мне подвели лошадь, и я без промедления взобралась на нее, смахнула с лица волосы. Представляю, как нелепо я выглядела рядом с красавцем де Вером, у которого не растрепался ни один волосок в его идеальной белоснежной гриве.

Мы преодолели холм, и я увидела огромные плантации, на которых работали люди. С изумлением глянула на графа, а он пояснил:

— Плантации кардамона, лемонграсса, корицы... Пойдемте, госпожа Хоткинс.

Нам пришлось спешиться, ибо узкая тропа резко уходила в спуск.

— Это часть моей жизни, Джейн, мое дело, — сообщил мне де Вер, — здесь ежедневно работает около тысячи человек. Каждому я плачу по полфунта серебром за две недели работы.

Де Вер предложил мне свою помощь, ибо я то и дело норовила упасть со склона. Приятное прохладное прикосновение к пальцам вынудило сердце забиться чаще.

— Разве вам это выгодно?

Де Вер снисходительно улыбнулся, будто я не понимала очевидных вещей.

— Посудите сами, Джейн. Мои плантации приносят более полумиллиона годового дохода, а плантации, допустим, лорда Эстера всего четыреста тысяч. А все дело в том, что я не унижаю людей. Они ценят и уважают свой труд, и я поощряю их.