Книга Свобода как повод влюбиться, страница 88 – Елена Романова

Я сидела на полу, расставив вокруг множество ламп перед страной геометрической фигурой, будто собиралась свершить магический ритуал. Может ножницы раскрутить? На кого покажут, тот, так сказать, и он — гад, негодяй, предатель… хотя, я постучала пальцами по подбородку, классика жанра — убийство, совершенное дворецким… Против канонов не попрешь!

Я облокотилась спиной на кресло, вытянула ноги. Часы тикали с завидной педантичностью, поэтому я решила предаться самому полезному сейчас делу — изобразить саму себя. Схватила карандаш, склонилась над бумагой и услышала, как скрипнула половица где-то на входе.

В дверь постучали, и я посчитала, что Адам пришел напомнить мне, чтобы я не засиживалась.

— Входите, — крикнула ему и снова склонилась над бумагой, нарисовав голову.

Дверь распахнулась, послышались уверенные шаги.

— Присаживайтесь, — бросила я, несдержанно улыбаясь, — вот сейчас закончу со своей прической, Адам… — придумав для себя грандиозную укладку, в ярд высотой точно, я подняла листок и продемонстрировала дворецкому. — Нрави…? — поперхнулась словами, убрала руки с рисунком за спину.

— Джейн, — Роберт рассмеялся, — у вас такое лицо, будто я поймал вас на колдовстве, — он внимательно оглядел мою «пентаграмму», круг из ламп и меня саму, сидящую в центре этого безобразия. — Или вы решили научиться?

— Ни за что, — ответила сконфуженно, — который сейчас час? Почему вы еще не спите?

Роберт прошагал ко мне, аккуратно переступил через лампы и присел рядом. Видеть его на полу было странно. Он взял одну из карточек. К несчастью, изображавшую его самого.

— Разве у меня такой нос? — спросил он с иронией и для верности пощупал свой.

Я показала ему карточку леди Селены.

— Вам повезло, что мой сарказм иссяк на этой даме. Поэтому не жалуйтесь, у вас получился чудесный нос.

Де Вер поочередно посмотрел все карточки.

— Да у вас талант художника, госпожа Хоткинс, — сказал он и протянул руку, что-то от меня ожидая. И я догадывалась что. — Ну же, Джейн…

Я положила ему в ладонь свою карточку с уродливой и смешной Дженни, которой так и приписала: «Уродливая Дженни».

— Никакого сходства, — сделал серьезное лицо Роберт, и я тихонечко толкнула его в плечо.

И вот тут случилось короткое замыкание.

— О, простите, милорд… как-то само вышло… — я попыталась подняться, но Роберт остановил меня, коснувшись локтя, потянул обратно. Он обхватил обеими руками мое лицо и припал к губам. Впервые так несдержанно и жадно.

Ох, я почувствовала, как закружилась голова.

— Джейн, ты слишком далеко… — прошептал хрипло, оторвавшись от меня и заглянув в глаза, — ты до сих пор не веришь… Для тебя я больше не лорд де Вер.

И у меня не было ответа на этот упрек.

— Недоверие способно убить любовь, — произнесла то, что занозой сидело у меня в сердце, — вы постоянно что-то скрываете от меня.

Он помрачнел, скажу больше, рассердился.

— Джейн, чего ты хочешь? — спросил напрямую. — Что я должен сделать?

— Сказать, наконец, всю правду без утаек.

— Тебе недостаточно того, что я уже сказал? — его голос становился строже и мрачнее с каждым словом.

— Нет.

— Нет, — обреченно повторил он. — Ты хочешь знать все. Даже если это поставит под угрозу твою жизнь?

Я смахнула карточки, сгребла их в кучу, и принялась гасить лампы.