Книга Лекарь для захватчика, страница 153 – Елена Романова

— Хорошо, это все?

Она меняется в лице, и не знает, что сказать. Кивает растерянно.

— Я занят, Элен. Ты свободна.

— Но ваше величество…

— Я решу все вопросы с твоим отцом и дядей, – говорит он.

С ней обсуждать бесполезно. Слушать истерики или ее признания – это не для него. Элен забыла с кем имеет дело, он император, во многом безразличный к чужим эмоциям и чувствам. Кроме того, ее дядя, Джайлс Мале, похоже, отравил его отца. И действовал он, конечно, не один. Разумеется, семьям Мале и Фант это выгодно. Убрать Ронана, а затем обвинить в его смерти Антуанетту, чтобы впоследствии убедить Реигана жениться на Элен, сделать ее императрицей. Но ведь его отец доверял Мале, слушал его, вознес до небывалых высот. Только за это, Реиган сделает его смерть невыносимой.

Элен все-таки начинает тихо и горько рыдать. Реиган молча выводит ее за дверь и велит страже проводить даму до ее покоев. Время, когда он был с ней нежен, закончилось. Теперь он сдержан и вежлив, но не более. Единственная женщина, которая ему важна и за которую он переживает, – это Анна.

Ею он просто одержим и бесконечно болен.

Если бы она вдруг испарилась, он бы нашел ее в любом из миров.

Стоит подумать об этой женщине, как Реиган прикрывает веки, вспоминая ее, лежащую на белоснежных простынях. Но вместе с этими воспоминаниями в голове вспыхивают картинки той ночи, когда он взял Антуанетту в жены. Когда разорвал на ней платье и бросил ее в постель, сгорая от злости и ненавидя ее всей душой. Если бы тогда он не остановился, если бы усомнился в ее словах, возможно все сложилось бы иначе. Но заглянув в ее глаза, полные ответной ненависти и отчаянных, горячих слез, он к ней не притронулся.

Прощаться с Анной он не будет, это слишком рвет сердце.

Он лишь вызывает Лангрина и отдает распоряжения относительно жены. Пишет несколько писем. Одно – Финчу, потому что мэтр пользуется доверием Анны и сумеет обезопасить ее от любых потрясений.

Закончив все дела в Вельсвене, он преспокойно уезжает, напоследок лишь бросив взгляд на окно спальни Анны, мечтая, чтобы жена хотя бы промелькнула в этом окне, но портьера была плотно задернута.

Бреаз тоже смотрит на это окно и уголок его губ нервно дергается.

— В чем дело, Алан?

— Ни в чем, – тот понукает коня.

Реиган тоже пускает коня рысью. Ворота перед его отрядом открываются, следом тянутся еще четыре группы всадников. И самыми последними, никем не замеченными, сквозь ворота проносятся два воина в темных плащах. Они не стремятся примкнуть к остальным, а дергают за поводья и правят лошадей в другую сторону. Герцог Бреаз лишь бросает на них взор и тотчас веселеет, будто его отпускают все тревожные мысли.

А Реиган больше не думает ни о чем, кроме победы над Хейденом. Он готов убить того еще раз, но уже наверняка. Признаться, Берк довольно искусный боец. Когда Уилберг бился с ним, он не знал, что Антуанетта была в него влюблена. Если бы знал, то Хейден бы точно не воскрес.

До графства Пэр император добирается за трое суток, выделив на сон всего семь часов. Он был неумолим в части требований к собственной армии, не жалел никого, включая себя. Бреаз иной раз ненавидел его за это. Но, с другой стороны, подобные изуверства всегда были оправданы – Уилберг действовал на результат.