Книга Добыча хищника, страница 120 – Елена Романова

Константин заулыбался окровавленными губами:

— Ты ни хрена не чувствуешь, ублюдок. Ни ко мне, ни к людям. Ни к ней. Зачем она тебе? Разве у нее есть будущее рядом с таким, как ты?

— А рядом с таким, как ты? – чужак вздернул голову Сурова за волосы: – Ты все еще жив только из-за нее. Ты был создан для того, чтобы защищать и беречь, но облажался.

Эти слова произвели на Константина должное впечатление. Он прошипел настойчиво:

— Для чего она тебе?

— Она – мои рамки и границы. Но, вместе с тем, она – целый мир. Мой мир.

Глаза Константина широко распахнулись. Он просто не мог поверить.

— Ты любишь ее? – выдохнул он, снедаемый внутренними противоречиями. – Ты, черт побери, влюбился.

Чужак усмехнулся.

— Ты слишком тупой, чтобы понять. Любовь – всего лишь слово, которым ты прикрываешь свое желание обладать ей. Она для меня – сама суть жизни. Она – все. Время, проведенное с ней, стоило такого исхода.

— Какой сентиментальный пришелец… Какого исхода, черт побери?

— Подумай немного, идиот.

— Погоди… блядь… – борясь за каждую порцию кислорода, прерывисто прохрипел Константин, – почему не прикончишь меня?

— Меня волнует только ее жизнь. Я хочу, чтобы она жила.

— Какой романтик… – из горла Сурова выбилась кровь и струйками потекла по подбородку.

— Рад, что ты оценил, – чужак с наслаждением примостил свой ботинок на его горло. – Скажи еще что-нибудь настолько же веселое.

Дергая кадыком в тщетной попытке дышать, Суров выпалил:

— Засунь свое благородство в свою инопланетную задницу, уебок! Весело?

Кажется, шутка чужаку понравилась, потому что давление на гортань он ослабил.

— Я повеселюсь, когда ты трезво взглянешь на то, что осталось от твоего мира. Еще пара дней и ваша популяция никогда не восстановится. Вы понесли катастрофические потери, и я говорю не только о численности. Но я дам тебе шанс. Ты хотел этот шанс, верно? Пара сотен лет – этого тебе будет достаточно?

Суров повел зрачками в сторону этого урода, не веря собственным ушам. Неужели чужак говорит о возможности выжить?

Константин хотел ответить, но чужак резко надавил на его горло.

— Не торопись, обдумай, – процедил он, взирая на дрожащего от адской боли подполковника, – такие решения не стоит принимать сгоряча.

Суров вдруг осознал – чужак может снова и снова калечить его, пока не вобьет в его голову какую-то истину.

— Ты посягнул на то, что тебе не принадлежит, – произнес он, поглядывая на Константина бездушными глазами, – но теперь в тебе должно быть больше понимания. Между нами есть связь. Я знаю о тебе все. И ты мне не сильно нравишься.

— Пошел… ты…

— Это не тот ответ, на который я рассчитывал.

— Даешь мне шанс? Что-то ты не торопился сделать этого раньше!

— Раньше ты тоже не торопился стать мной, придурок. И я никогда не был жертвенен. Это дается мне нелегко.

— О чем ты, твою мать?

Чужак убрал ногу, и Суров приподнялся на локтях, а затем перевернулся, пытаясь встать, но ударом был снова отброшен на спину.

— Отдохни немного, – произнес Тай, пока Константин шипел ругательства, – мой асвахор остановит ратхату. Ненадолго – несколько сотен лет. Но этого вполне достаточно, чтобы ты смог нести знание среди людей.

— Асвахор?

— Поднапрягись, придурок.

Суров снова выругался.

— Научись разговаривать нормально, инопланетная задница. Я не должен понимать еще и твои намеки!