Книга Сын моего сына, страница 22 – Марина Вуд

— Хорошо, Геля. Завтра. — Оля звучит немного успокоенной, но всё ещё обеспокоенной. — Будь осторожна и помни, что я всегда рядом.

— Ладно, — говорит она с лёгким облегчением. — Но, если что, сразу звони. И не забывай, что ты не одна.

Я стараюсь улыбнуться, хотя знаю, что она не сможет это увидеть через телефон.

— Обязательно. Пока, — говорю я и кладу трубку.

Качаясь на ногах, смотрю на своё отражение в зеркале. Я чувствую, как в груди нарастает боль, но теперь нужно снова вернуться в зал и продолжить эту странную игру, которую играет Тимур.

Собравшись с мыслями, открываю дверь и возвращаюсь к столику. Тимур сидит, погруженный в свой телефон. Я сажусь на своё место, делая вид, что всё в порядке. Но его взгляд сразу улавливает изменение в моем настроении.

— Всё нормально? — его голос звучит с едва заметной ноткой беспокойства.

Я кидаю в его сторону нейтральный взгляд и отвечаю:

— Да, всё в порядке.

Тимур кидает короткий взгляд на меня и снова опускает взгляд в телефон. Замечаю, что Дане принесли раскраску и карандаши, которыми он во всю скребет по бумаге, стараясь разукрасить машинку.

Тимур

Мелкий засыпает, едва оказавшись в машине. Ангелина тоже притихает рядом с сыном Она не спит, сидит тихонькой мышкой, пристально глядя в окно. Вся её фигура напряжена. Это молчание для неё — не отдых, а попытка спрятаться от собственных мыслей. Я сам часто ухожу в себя, как будто там мне спокойнее. Только вот фокус в том, что спокойствия там нет.

— Думаешь, если будешь молчать то, всё станет проще? — говорю я, наблюдая за дорогой.

Она медленно поворачивает голову, смотрит на меня. В её глазах нет злости, только усталость и какое-то упрямое сопротивление.

— Я просто… устала, — тихо говорит она. Голос слабый, будто она пытается убедить саму себя.

— Все устали, — отрезаю.

Я чётко чувствую, как её дыхание становится чаще. Её это злит, но она старается не показывать. Думает, что может меня обмануть, но я её вижу насквозь. Её борьба — попытка контролировать то, что давно вышло из-под её контроля. И это раздражает. Многое можно было бы упростить, если бы она просто позволила мне взять всё в свои руки.

— Тимур Эльдарович, мне завтра в город надо, — выдавливает она наконец.

— Зачем?

Она молчит. Опять молчит. Смотрит в окно, а я продолжаю:

— Зачем тебе в город?

— С подругой встретиться хочу.

— С подругой? — хмыкаю я бросая взгляд в зеркало дальнего вида. — Или с другом? — говорю тихо, словно для себя, но достаточно громко, чтобы она услышала.

Я вижу, как её губы дрожат, но она не произносит ни слова.

— Встречайся, если надо, — говорю спокойно.

Обижено зыркает на меня.

— Я Даню тоже с собой взять хочу, — отвечает Ангелина, снова устремив взгляд в окно.

— Даниила взять, значит. Хорошо. Тогда еще и Семена с собой возьмёшь.

Я намеренно делаю акцент на последних словах.

— Слышал? Чтобы доставил девушку до места встречи и обратно в целости и сохранности. — обращаюсь к водителю и тот отвечает коротким кивком головы.

Она снова замолкает. В машине воцаряется тишина. Лишь слабое дыхание ребенка, спящего рядом, разрывает напряжённую атмосферу.

Я не буду больше давить — пусть думает. Слова не всегда нужны. Иногда лучший способ заставить человека сделать правильный выбор — это дать ему самому понять, что других вариантов у него в жизни нет.