Книга Очень (не) обычная история, страница 60 – Марина Вуд

Да и ко всему, морально ломать женщин не в моих правилах. Тем более любимых женщин.

Я вообще считаю, что надо быть конченым уродом, чтобы морально нагибать свою бабу. Подстраивать ее под себя. Подчинять. Заставлять. Делать ее зависимой и морально и материально. Делать из нее послушную куклу. Унижать ее.

Никто и никогда не уважал рабов. Зачем тебе женщина рабыня? Зачем тебе та, кого ты не уважаешь?

Ублюдочные особи мужского пола, которые ведут себя со своими женщинами подобным образом, имеют заниженную самооценку и ряд психологических проблем.

Одно дело бодаться с равными и подобными себе. А еще лучше, если противник мощнее тебя. Выше. Больше. Сильнее. Победить и нагнуть его — вот особый кайф. Именно в такие моменты ты чувствуешь себя самцом со свинцовыми яйцами.

А с бабы, что взять? Проиграешь ей — мудак! Выиграешь у нее — дважды мудак!

Мне, как нормальному мужику, нет никакого интереса выезжать за счет наивной девочки, которая в рот мне заглядывает от восторга. Иной раз смотрит так, что душу наизнанку вывернуть перед ней хочется, от одного ее взгляда. Аня даже представить себе не может, насколько я сам зависим от нее морально. Когда ей хорошо один раз, то мне в десятикратном размере.

Да я в последнее время вообще счастливым хожу и как придурок улыбаюсь, просто от того, что она рядом.

И если уж ей так приспичило, чтобы я познакомился с ее семьей, то хрен с ним. Я наступлю себе на горло и пойду с ней в этот чертов ресторан. При необходимости я готов даже при смерти ползти туда. Но только лишь бы ей было хорошо от этого.

Резкий стук в дверь прерывает поток моих мыслей.

— Войдите! — перевожу взгляд на светлую дверь.

— Егор Владимирович, можно? — на пороге кабинета появляется Олег.

— О! Как раз хотел тебя набрать, — закрываю ноутбук и отодвигаю его в сторону. Присаживайся, — указываю рукой на пустующий стул. Что у тебя?

Он медленно проходит по кабинету и садится напротив, а я вижу, что мой безопасник совсем без настроения.

— Я относительно Котова, — говорит он.

— Что с ним? — морально напрягаюсь и достаю из кармана пачку сигарет. Потом вспоминаю, что сегодня с утра решил бросить курить и прячу их обратно.

А что, не такой уж я и старый. Могу в скором времени детей захотеть, а потомство мое должно быть здоровым.

— Не знаю, — парень нервно крутит в руках свой телефон. Он исчез. Мы его почти три дня водили. Все было вроде бы тихо, — тяжко вздыхает он, а я готов взорваться над ним праведным гневом.

— Когда потеряли? В смысле — потеряли? — кричу благим матом. Все же не выдерживаю, достаю и подкуриваю сигарету.

Олег, опустив голову вниз, продолжает вертеть в руках телефон.

— Последний раз ребята видели его вчера вечером возле торгового центра. На выезде из города. Внутрь здания он вошел, но уже не вышел. Ребята прождали его до полуночи. И только тогда, когда поняли, что в торговом центре его нет, забили тревогу.

— Вашу мать! — мне хочется удариться головой о стену. — Почему сразу не сообщили? — подрываюсь с места и снова смотрю на раздражающий фактор в его руках.

— Сами искали, — отвечает не поднимая глаз.

— Спрячь это, — киваю на сотовый. — Иначе я это дерьмо сейчас разобью, — гремлю над его головой.

Парень молча прячет гаджет в карман.

У меня своих проблем навалом. Курбанов жмет с одной стороны. Увел у меня из-под носа очередного крупного клиента, пока я занимался амурными делами. С другой стороны, Анька со своими родственниками, к стенке прижала. Я делаю глубокую тягу и сбиваю пепел прямо на пол.