Книга Как стать папой за пять минут, страница 16 – Вероника Лесневская

— Куда? – рычу на Майю, а она указывает рукой направление.

— А-а, больно-о, – по-настоящему кричит Кира. Истошно и гораздо громче, чем в машине, когда пугала гаишника. Сейчас она не имитирует.

— Да что ты творишь, – сурово отчитывает ее Ланская. – Дыши, дуреха! Ты слышишь меня вообще?

— А-а-а, дедулечки-и-и, – летит вместо ответа.

Совсем эти коновалы берега попутали – мою Киру так мучить? Наверное, спешат расправиться с ней, чтобы спокойно Новый год встретить. Ну, сейчас им организую елку и мандарины в одно место!

— Я проведу, – порывается помочь медсестра, но я в стрессе отталкиваю ее. Не нравится она мне, раздражает.

Спотыкаясь и покачиваясь, как в тумане, сам пересекаю коридор. Ориентируюсь на тонкий, жалобный голос, который приводит меня в небольшое, но светлое, чистое помещение. Сбиваю по пути какое-то кресло, ударяюсь бедром о край столика – и тот на колесиках с грохотом въезжает в стену.

— Я муж, – лгу опешившей акушерке, преградившей мне путь, чтобы пустила к Кире. Моя названная жена подозрительно умолкает, и меня начинает трясти от этой зловещей тишины сильнее, чем от крика. – Документы там… – запыхавшись, неопределенно взмахиваю рукой. – В приемной.

— Да зачем мне ваш паспорт? – по-доброму смеется женщина, поправляя на мне сбившуюся шапочку. – Кто в здравом уме явится на чужие роды? – отступает, открывая мне обзор. – У изголовья становитесь.

Кира, переодетая в медицинскую сорочку, полулежа расположилась в специальном родовом кресле-кровати. Выглядит это странное приспособление как стул для пыток. Ноги согнуты в коленях, прикрыты от меня одноразовой простыней. Видимо, намеренно, чтобы поберечь мою психику. Что происходит по ту сторону импровизированной завесы – я не вижу.

Первым делом проверяю живот – на месте, такой же кругленький, как раньше. Вроде бы, ребенок еще не появился на свет. Значит, я успел.

Правда, не могу понять, меня это факт радует или пугает?

— А вот и наш папочка, – с заметным облегчением выдыхает Ланская, будто она лично рожает. – Очень непослушная мамочка нам сегодня попалась. Все делает в точности до наоборот! – укоризненно зыркает на раскоряченную Киру. Еще бы! Я бы тоже в такой позе только орал и ничего не выполнял. – Садитесь рядом и будете повторять ей мои команды! Громко и четко, – врач грозно руководит мной. Гитлер в юбке.

Однако я подчиняюсь. Вплотную приближаюсь к Кире, поглаживаю ее по голове, стараюсь смотреть в лицо, а не на просвечивающееся сквозь тонкую одежду тело и, уж тем более, не туда, откуда собирается лезть малышка. Мысленно прошу ее делать это как-то шустрее и аккуратнее.

— Ты? Ты… чего? – в ужасе и шоке округляет глаза Кира. Хмурит мокрый лоб, а я ладонью стираю с него испарину. Заправляю прядь взмокших волос за ухо, наклоняюсь и зачем-то целую ее в висок. – Ты идиот? – шипит она в перерывах между потугами.

Похоже, да. Идиот хронический.

— Хм… Ты не болтай, лучше на деле сосредоточься, а? – нервно хмыкаю. – Новый год на носу, а ты тут людей задерживаешь, – пытаюсь неудачно пошутить, чтобы отвлечь ее от боли. – Я рядом посижу, не обращай внимания, – опускаюсь на табуретку, которую подносит мне акушерка, и беру Киру за руку.

— Извращенец, выйди… Ай-к, – икает, сжимая мою ладонь и врезаясь в нее ногтями. Ощутимо царапается. – Не муж он мне! – орет что есть мочи. – А-а-а!