Книга Временные трудности 3, страница 143 – Максим Томилко

— У вас ничего не выйдет. Мои адвокаты легко добьются оправдания, — прохрипел князь неожиданно севшим голосом.

— Возможно, но далеко не факт. Эта неприятная история вам очень дорого станет в финансовом плане, я ещё не говорю про репутацию. Уверен, многие из высшего света от вас отвернутся, да и большинство ваших друзей не захотят вмешиваться в уголовщину. Кто знает, какие показания могут дать против вас арестованные вчера заговорщики… К тому же всё равно придётся провести какое-то время в заключении. Я обещаю вам незабываемые впечатления. Вы знаете, что такое пресс-хата? Ах, ну да… Откуда вы можете это знать… Поверьте мне, князь, даже если вам и удастся покинуть те негостеприимные стены, вы всё равно навсегда оставите там и здоровье, и честь, и достоинство. И весь капитал в придачу. Вряд ли вы сможете жить после этого. Но учтите, ваш будущий суицид будет исключительно вашим грехом — я честно хотел избежать этого. Так вы согласны с моим предложением? Или господину ротмистру пора хватать вас за шиворот, давать затрещину и тащить в околоток, словно мелкого жулика?

— Отойдите от меня, ротмистр, я согласен. Слышите? Я согласен!

Егор улыбнулся одними губами и отошёл от князя на пару шагов.

— Что вам от меня надо?

— Я вам уже сказал. Повторить? — удивился Юрий Андреевич.

— Я имею в виду, что ещё? Вы ведь этим не ограничитесь… — князь попытался улыбнуться, но выглядело это довольно жалко.

— Я также попрошу вас подготовить отчёт обо всех известных вам схемах воровства казённых денег с указанием конкретных имён. Желательно высокопоставленных. Надеюсь, вам часа хватит? Да, кстати, извольте подписать сей документ.

Юрий Андреевич кивнул Егору, и на стол перед князем легло обязательство о неразглашении.

— Это всё? — князь уже успел прийти в себя и немного успокоился. Он быстро пробежал глазами машинописный текст, а затем молча указал свои данные и расписался.

Юрий Андреевич достал из кармана свёрток с ножом и швырнул его на стол.

— Возьмите на память, но помните: если вы попытаетесь меня обмануть и начнёте поднимать шум за границей, то станете жертвой террориста-радикала или же банальных грабителей.

Князь смерил его ненавидящим взглядом и обречённо кивнул. Егор распахнул окно и громко свистнул.

Через несколько минут старый дворецкий доложил о прибытии нотариуса. Процедура переоформления многочисленного имущества князя N заняла больше трёх часов. За это время князь успел написать десяток листов обличительных показаний. Когда всё завершилось и они вышли на улицу, Егор хмуро сказал, глядя себе под ноги на мостовую:

— Всё! На хрен! Я в таком больше не участвую. Противно мне. Сам себя ненавижу. Какое-то вымогательство чистой воды. Рейдерство, бля!

— Ну понятно. Тебе, значит, противно, а я будто от этого кайфую… — Юрий Андреевич потянул его за рукав, привлекая внимание. — Мы ж не для своего кармана стараемся, Егор.

— Всё равно. Не моё это… Да и вообще, кажется, что-то не то мы делаем! Какое-то полицейское государство получается, а мы опричники царские.

— Полицейское государство, говоришь, — старик иронично улыбнулся. — Ты это сейчас серьёзно?

— Вполне!

— Ладно, давай это обсудим. За примерами далеко ходить не будем — помнишь, кипеш был в Киеве в тринадцатом году?