Книга Больно только в первый раз, страница 87 – Мария Летова

За волосами не вижу, какие в ее ушах украшения, но это уже и не важно, в башке вертится вопрос другой: черное или красное?

Полина возится с ремнем, скользнув по мне взглядом. Я ловлю его где-то на своих коленях, потом на лице. Взгляд у нее слишком прямой, чтобы я мог назвать ее настроение легким, но она к любым вещам, как правило, относится серьезно, я к этому привык. И мне нравится узнавать, о чем она думает, хотя сейчас гораздо больше хочется ее губ под своими. Просто, твою мать, ее губ…

— Привет… — говорю я, отъезжая.

— Привет… — тихо произносит Полина.

Я чувствую мощный прилив удовлетворения от ее присутствия, этого достаточно, чтобы расслабиться. Напряг случается, когда Полина заходит в квартиру и начинает осматриваться, раздевшись.

Я медленно следую за ней, давая пространство.

Здесь для двоих его предостаточно, по крайней мере, в моем понимании.

Я никогда не забывал, что мы с ней из разных пеленок, что она привыкла к лучшему. Думать, что это несущественно, было бы тупостью.

Наблюдаю за ней. За тем, как она проходит к окну мимо плазмы, которую я сегодня повесил, и мимо стоящего напротив дивана.

На ней узкая футболка, и, возвращаясь к вопросу, красное или черное… Лифчик она вообще не надевала.

Я выдыхаю, посмотрев на окно. За ним уже темнее.

Вид здесь тоже неплохой. Опять же, на мой взгляд.

— Я для тебя вино купил, — говорю я, пристроившись плечом к стене. — Есть еда… или можем заказать…

Полина разворачивается и складывает под грудью руки. Смотрит на люстру и говорит: — Я случайно нашла твою соцсеть… я не знала, что она у тебя есть… Ксюша тебя отметила.

— Я там уже год не появлялся.

— Да, — отзывается Полина. — Я заметила…

Переведя на меня глаза, она в лоб спрашивает: — Кто такая Динара Салихова?

Молчу, соображая, что должен ответить.

На лице Полины подсказок ноль, но она пришла в мою квартиру без лифчика, может, это долбаная подсказка?

— Она тебе оставила послание. Под фотографиями, которые Ксюша опубликовала, — поясняет Полина будто между прочим.

— А-а-а… — тяну я. — Понятно.

Я хочу свернуть эту тему. Хочу этого очень сильно. Сейчас Динара меня вообще не интересует. Я знаю, что она дома. Знаю это от друга, который тренируется у ее отца. И мне все равно. Но, поймав на своем лице взгляд Полины, понимаю, чего от меня ждут.

Сложив на груди руки, откашливаюсь и спрашиваю: — Какое?

— «Мой герой», — цитирует она.

— Я не видел тех фото. Я там не появляюсь.

— У тебя в профиле совместное фото с ней, — говорит Полина. — Двухлетней давности…

Помолчав, я отвечаю:

— Возможно.

И я отлично знаю, о каком фото идет речь. Тот день хорошо помню. Мы провели его вместе. Гуляли. Дождило немного, я отдал Динаре свою олимпийку. На ее щеках были капли дождя. Я ее в тот день целовал.

— Это она, да? — спрашивает Полина.

То, как она на меня смотрит, сомнений не оставляет — ответить мне придется, хочу я этого или нет. Я не хочу, естественно, и лепить неправду умею плохо. Предугадывать, что у Полины в голове творится, тоже. Я не пытаюсь, все равно вероятность ошибиться слишком высокая. Сочинять не пытаюсь тем более.

— Да, — отвечаю на ее вопрос.

Она и так ответ знала. В лице Полина не меняется, позу тоже продолжает держать закрытую. Однажды я прочитал целую книжку по психологии, хоть и маленькую. Я застрял в одной гостинице после соревнований, потому что не купил вовремя билет на поезд, и телик там не работал, зато была гора всякой литературы. Я прочитал от безделья и мало что запомнил, но кое-что все-таки в голове отложилось.