Книга Жесткий рок, страница 70 – Мария Летова

— Она, бл*ть, пойдет куда я скажу! – сообщает Бес, чем приводит меня в возмущение.

Костя тоже приходит в ярость от этих слов, я вижу это по его искаженному лицу.

— Хватит! – молю я их.

Соседи сейчас вызовут полицию.

Я Наумова таким никогда не видела. Он же просто бешеный.

— Чего вдруг? – усмехается Костя. – Вы что, вместе?

— Вместе, – сообщает этот урод.

— Не пи*ди! – советует ему блондин. – Она сказала, что ты хрен с горы!

Как приятно, что он верит мне на слово. В отличие от этого татуированного придурка. Почему я не могла влюбиться в этого человека? Но на этом их беседа закончилась. Наумов замахивается и впечатывает кулак в красивый Костин нос. Тот сразу дает сдачи. Я кричу и плачу. Они обмениваются такими сильными ударами, что я каждый раз вздрагиваю и вскрикиваю.

— Пожалуйста… хватит… – шепчу, потому что они уже лупят друг друга на снегу.

Я вижу алую кровь на белом покрове и захожусь слезами.

— Хватит… – прошу и бросаюсь к ним.

Напрыгиваю на Костика сзади, потому что он сейчас сидит сверху, и получаю сильнейший удар по лицу от не успевшего сообразить Наумова.

Что было дальше не знаю, ведь я потеряла сознание.

Господи, как болит голова…

Хочу пить…

Не могу пошевелиться.

— М-м-м… – стону и хватаюсь руками за голову. – Бли-и-и-и-ин…

Ощущение, будто череп сейчас расколется на две половины. Или на четыре.

— Не трогай… – слышу знакомый голос над головой.

Шершавые теплые руки убирают мои ладони от моего же лица.

— Антон?.. – хрипло шепчу я.

Я не берусь открывать глаза. Мне почему-то кажется, что это может спровоцировать адские боли в голове. Последние рюмки были лишними. Мне никогда не было так плохо от текилы. Что за хрень?

Чувствую, как в руку суют стакан.

— Выпей… – говорит Бес, помогая мне приподнять голову.

Хочу попросить его говорить потише, но мне больно разговаривать.

Это какое-то лекарство. После двух глотков начинаю давиться.

— До конца… – настаивает мой экзекутор, подталкивая стакан.

Не знаю, сколько я там выпила, но он от меня отстал.

Только сейчас более-менее начинаю чувствовать свое тело. Я лежу на кровати. Я дома. Понимаю это, потому что под головой у меня ортопедическая гелевая подушка. Чувствую, как просел матрас.

— Можешь открыть глаз? – спрашивает Наумов, кладя руку на мое бедро.

Вопрос странный. С чего бы мне не смочь открыть «глаз».

В этот момент мою голову заполоняют образы! Дергаюсь и распахиваю глаза. Вернее сказать, с одним глазом у меня, и правда, проблемы. Не могу его открыть!

Моргаю единственным видящим и смотрю на этого психопата.

Только посмотрите на него, сама серьезность!

Как насчет раскаяния?

У него вата в носу и синяк под глазом. На серой футболке кровь. Если бы у меня были силы, я бы наградила синяком второй его глаз, но меня гораздо больше заботит мой собственный! Тяну руку, но Наумов тут же отбрасывает ее в сторону.

— Не трогай… – бубнит он. – Там мазь…

— Дай. Зеркало, – сипло требую я. – На полке в ванной…

Бес сидит не двигаясь.

— Быстро! – хриплю я.

— Бл*ть, – ворчит он. – Может не надо?..

— Антон!

Тяжко вздохнув и придержав ребра татуированной рукой, встает. Похоже, Костик ему знатно навалял. А где Костик? Окинув себя взглядом, вижу все ту же красную тюлевую юбку. Смотрю на окно, за ним светло. Который сейчас час? В квартире холодно, нужно купить обогреватель. Вижу Палкашу у себя в ногах. Он спит, свернувшись под одеялом в колачик. Ему холодно. Мне тоже.