Книга Единственный, страница 116 – Мария Летова

— Нет еще, — отвечаю, растирая свою уставшую после каблуков ногу.

— Ответ мне нужен на следующей неделе, — ненавязчиво напоминает.

— Хорошо, — говорю, игнорируя его пытливый взгляд.

Предложение, которое он сделал, просто космос, гнетет лишь то, что этот отель его бизнесу был совершенно не нужен, и мы оба это знаем…

После университета я некоторое время работала менеджером в “Четырех сезонах”. В штате, как и планировала, но пришлось прерваться. Я так туда и не вернулась, а потом попала в Администрацию города. Помощником руководителя в маленький департамент. Моего начальника перевели на другую должность, и я временно исполняю его обязанности. Скорее всего я долго там не задержусь, недавно в голову пришла мысль, что я могла бы заниматься тем же самым самостоятельно. Организовывать мероприятия без довлеющей над головой Администрации города, а как предприниматель…

Пляж, на который мы приезжаем, совершенно пуст.

Я переодеваюсь на заднем сидении машины. Когда, закутанная в плед, выхожу из нее, Артур уже сидит на раскладном стуле на берегу. На голову он накинул капюшон толстовки, а бомбер застегнул под самое горло.

На коленях у него сложено полотенце, на гальке возле стула лежит фонарь, хотя видимость здесь отличная благодаря недавнему благоустройству.

Если и будет шторм, то до него еще далеко. Палачёв того же мнения, раз позволил мне раздеться.

Отдав ему плед, я остаюсь в одном купальнике. Сбросив рядом со стулом угги, с замиранием сердца смотрю на темную бурлящую воду. Когда в нее вхожу, холод иглами впивается в кожу. Я успеваю тонко пискнуть, прежде чем дыхание спирает.

Беспорядочно шевеля руками и ногами, визжу. Меня с головой накрывает маленькая волна, выбравшись из-под которой я пулей вылетаю из воды…

Артур кутает меня в полотенце, как только оказываюсь рядом. Активно трет плечи и спину, разгоняя кровь, пока я стучу зубами, пытаясь попасть ногами в угги.

— Снимай купальник, — велит, накидывая мне на плечи плед.

Копошась под пледом, я негнущимися пальцами стаскиваю с себя мокрую ткань и жадно впитываю тепло большого сильного тела, когда Палачёв поверх пледа закутывает меня в свой бомбер, прижав к груди.

Я смеюсь.

Тепло постепенно возвращается в каждую клетку, и этот контраст сумасшедше бодрящий.

Сжимая вокруг меня руки, Артур дает мне возможность прийти в себя. Восстановить дыхание и согреться, прежде чем отправимся в машину, где печка работает на полную.

К тому времени, как покидаем пляж, я отогреваюсь окончательно. Переодевшись в спортивные штаны и толстовку, наслаждаюсь подогревом сидения под собой. Адреналиновая бодрость сменяется усыпляющей расслабленностью. Когда машина паркуется у знакомых ворот, я понимаю, что уснула.

Встряхнувшись, прошу:

— Передай маме, что я завтра к ней заеду…

Промычав “угу”, Палачёв покидает салон. Его темная фигура скрывается в калитке, и уже через пять минут он появляется оттуда снова, неся на руках маленькое вертящееся создание — нашу дочь.

В свете фар мелькает ее черная беретка, красное пальто и полосатые колготки.

Отстегнув ремень, я перебираюсь на заднее сиденье, в ожидании, пока Артур посадит дочь в детское кресло.

— Мама, — звенит ее голосок. — У бабы вода пипит!

Пристегивая Василису к креслу, я слушаю сумбурный лепет о том, чем она занималась в гостях у бабушки, и ослабляю на ее шее шарф. Целую теплый висок дочери, ее губы мажут по моей щеке и на них что-то липкое. Судя по всему, блеск для губ.