Книга Сводная сестра для мажора, страница 83 – Мария Манич

Я элементарно боюсь.

— Можно пройти? Не одни здесь.

Оборачиваюсь и натыкаюсь на раздражённое лицо Нади. После случая на вечеринке она так и не пересела к нам обратно. Я скинула ей сообщение о том, что видео удалено, но оно осталось без ответа.

Мы с Полиной молча переглядываемся и, забрав свои вещи, идём в сторону свободных лавочек.

— Вы с ней что-то не поделили? — с любопытством поглядывая на Василенко, спрашивает Поля. — Или кого-то? С чего она вдруг такая язва стала?

Пожимаю плечами.

— Понятия не имею, какая муха её укусила.

— Ага. И при чём тут я? Обижается, что про Ника ей не сказала и Алису?

— Полин, думаю она обижается на саму себя. Забей, — произношу не без раздражения.

Смотрю на кудрявый затылок Нади и испытываю что-то похожее на досаду. Несмотря на свой слишком болтливый язык и некоторые недостатки в поведении, она мне нравилась. А вот неприкрытая агрессия в мою сторону совсем не обоснована. В нашей ситуации скорее я должна была злиться и обижаться.

Я прощаюсь с Романовой на крыльце университета. С улыбкой наблюдаю, как она взбирается в огромный джип Волкова и машет мне на прощание, улыбаясь. Ник в знак приветствия поднимает ладонь, и их машина медленно двигается к выезду с парковки, пропуская вперед синий седан со знакомыми номерами.

Улыбка стекает с моего лица. Оглянувшись по сторонам, я медленно бреду в сторону только что подъехавшей машины.

— Привет, пап, — говорю останавливаясь рядом. — Что-то ты зачастил в наши края.

Намекаю, что он недавно уже был здесь и разговаривал с деканом и куратором моей группы. Тотальный контроль провинившейся один раз дочери.

Отец успевает опустить стекло, явно не собираясь вылезать из тёплого салона на улицу, где гуляет промозглый декабрьский ветер.

— Не дерзи отцу, Катерина, — отбивает он, не смотря на меня.

Покорно молчу, пока папа берёт с пассажирского и протягивает мне небольшой белый пакет. Смотрю на него, вопросительно выгнув брови.

— Что это?

— Новый мобильный.

— Спасибо, но у меня уже есть. Миша купил. Я тебе с него звонила на днях. Не нужно было ещё один покупать.

— Скажешь ему спасибо и вернёшь назад. Будешь ходить с этим.

— Но…

— Как я сказал, Катерина, так и будет. Это не обсуждается. И давай без фокусов, — произносит своё любимое напутствие и, не дожидаясь ответа, поднимает стекло вверх.

— Анне привет, — говорю уже вслед сверкающему фарами бамперу.

Привкус горечи и разочарования, перекатывается на языке. Мне хочется зашвырнуть пакет, на котором красуется известный надкусанный фрукт, в ближайший сугроб. Почему даже после короткого разговора с отцом я чувствую себя как раздавленная букашка? Как какая-то грязь из под ногтей, недостойная ни нормального разговора, ни нормального отношения. Недостойная ничего.

Настроение устремляется к нулю.

Успеваю себя накрутить, чуть ли не до истерики, переходя улицу и поднимаясь на лифте в квартиру. Скинув сапоги и повесив вещи в шкаф, игнорирую расположившегося на диване Чернова, и иду сразу к себе в комнату.

— Эй! А как же приветственный поцелуй? — кричит мне в спину сводный брат.

В отличие от меня, он пребывает в прекрасном расположении духа. И это странно, потому что я привыкла к хмурому и надменному Чернову.

— Нет настроения, — бурчу, разглядывая свой педикюр сквозь чёрные капроновые колготки, и захлопываю дверь.