Книга Мертвое озеро. Возвращение, страница 6 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

— О, правда? Звучит интересно, – говорю я, надеясь, что сын поделится еще чем-нибудь.

Он тычет вилкой в салат, зубцы неприятно скрежещут по тарелке.

— Не очень, когда репортеры выставляют тебя школьным стрелком без всяких последствий.

Мы с Сэмом переглядываемся. Проходить через эмоциональные всплески и спады последних месяцев было нелегко, и я не уверена, какой подход выбрать в данном случае.

Зато Ланни не колеблется.

— Твоя правда, гребаный Сквиртл! – восклицает она, кивая головой.

Знаю, мне стоило бы отругать ее за сквернословие, но при виде улыбки на лице сына я решаю молчать. Ланни, похоже, лучше понимает, что сейчас нужно Коннору. Это ведь она предложила попробовать конную терапию, которая оказалась буквально даром божьим.

Ланни возвращается к прерванному разговору:

— Тогда, раз мы не можем упечь этих долбаных подкастеров за решетку, почему не затаскать их по судам?

— Мы думаем над этим, – отвечает Сэм. Однако он не говорит, что мы уже отправили официальные предупреждения через наших адвокатов – которые авторы подкаста проигнорировали. Следующий шаг – исковое заявление, но расчеты, которые мы получили от адвокатов, заканчивались пятизначными цифрами, и это без потенциального судебного разбирательства. Там цифры станут шестизначными, и «Погибшие ангелы» потянут их, а мы нет.

Ланни откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди.

— Возможно, надо просто привыкать к славе. – Она криво улыбается Коннору. – Закажем себе футболки: «Мой отец – серийный убийца. Как насчет твоего?»

Коннор фыркает:

— «Мой папа убьет твоего папу».

Она хохочет.

— Только представь, если я поеду в такой на экскурсию в Вашингтон в следующие выходные… Как легко будет познакомиться с новыми людьми! Готовая тема для разговора.

При упоминании о грядущей поездке я морщусь и снова переглядываюсь с Сэмом.

— Кстати, насчет этого…

Ланни подскакивает на стуле.

— Нет. Ни в коем случае. – Она трясет головой. – Вы не отмените мою поездку.

Выражение лица у Сэма сочувственное, но непреклонное.

— Мы с твоей мамой всё обсудили, и с учетом выхода подкаста…

— Нет! – Глаза Ланни наполняются сердитыми слезами. – Выходные в Вашингтоне – это как инициация для всех выпускников. Я их ждала с тех пор, как мы сюда переехали!

— Знаю, дорогая… – начинаю я, но дочь меня не слушает.

— Вы же сами говорили, что мы не допустим, чтобы это определяло наши жизни. «Страх больше не будет нами управлять». Это ты сказала, мама! Ты обещала! – Она хлопает по столу ладонью, чтобы подчеркнуть свои слова.

Ланни права. Я сама помню, как сидела в клинике с ней, Коннором и Сэмом и как клялась им, что с этих пор мы заживем на своих условиях – и ничьих других. Больше всего на свете мне хочется обеспечить ей такую возможность: выбирать свой путь, не беспокоясь, кем был твой отец и что это означает. Это, черт подери, нечестно.

Если б я могла изменить ради нее мир, я бы это сделала. Но я не могу…

— Мне очень жаль, – произношу я. – Просто сейчас это слишком опасно.

Ланни не сдается:

— Если ты так волнуешься, может, поступим как в прошлый раз? Один из вас поедет со мной?

Сэм ерзает на стуле.

— Подкаст привлек внимание ко всем нам.

— Серьезно? – Она переводит взгляд с него на меня и обратно, прикидывая, кого из нас еще можно переубедить. Но быстро понимает: никого. Мы не идем на уступки в том, что касается ее безопасности.