Книга Эхо Мертвого озера, страница 131 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

Вопросы репортеров проносятся у меня в голове, я обхватываю себя руками и крепко обнимаю. И вдруг чувствую озноб: от послеполуденной лесной прохлады и мокрой от пота одежды по рукам бегут мурашки.

Флорида замечает это, снимает джинсовую куртку и бросает мне. Куртка слишком длинная и узкая, так что я даже не пытаюсь просунуть руки в рукава и просто набрасываю ее на плечи. Ткань все еще сохраняет тепло ее тела, и это так приятно, что я еле удерживаюсь, чтобы не застонать.

Флорида молча смотрит на меня и ждет ответа.

— Не знаю. Что-то произошло у нас в доме. Вроде на кого-то напали и он пострадал, но неизвестно, кто это. Какой-то журналист сказал, что здесь замешан мой приемный отец Сэм, но это не так. Они просто хотят раздуть сенсацию на пустом месте.

— Похоже, ты привыкла к такому вниманию, учитывая, кто твой первый отец.

По крайней мере, у нее хватает такта назвать Мэлвина моим первым отцом.

— Думала, что привыкла, – признаю́сь я. И это правда. Мне казалось, я сумела нарастить броню от таких нападок, но, видимо, за те два дня, пока я жила чужой жизнью, она сильно потрескалась.

Флорида садится на корточки, поднимает с земли веточку и начинает разламывать на части.

— Отстой, что тебя знают только из-за твоего папаши и судят тебя по его преступлениям, а не по твоим поступкам.

Флорида говорит это так авторитетно, что я почти сразу понимаю: она говорит и о себе. Ну да, все так и есть. Ведь ее отец – Джаспер Бельден, местный наркобарон. И хотя Флориду знают только в своем городке, в каком-то смысле это даже хуже.

— Ага. Думаю, ты меня понимаешь.

Она кивает, все еще сосредоточенно пытаясь разломать веточку.

— Ты когда-нибудь думала уехать отсюда? – спрашиваю я.

Она фыркает:

— И что я буду делать?

— Ну, не знаю. Ты же умная, правда? – Я помню, что именно она помогла найти похищенного Коннора: квадрокоптер отследил фургон, который его увез. – Ты не думала об университете? Наверняка ты сможешь поступить в какое-нибудь престижное место.

Она театрально вздыхает:

— Чтобы Бельден поступила в университет? Может, еще из Лиги плюща^[27]? – Она прикладывает тыльную сторону ладони ко лбу, притворяясь, что падает в обморок. – Боже, куда катится мир?

Я не могу удержаться от улыбки:

— На твоем месте я бы не рассчитывала на стипендию по драматургии.

Она улыбается в ответ:

— Думаю, с моим британским акцентом мне везде будут рады. – И с любопытством смотрит на меня. – А ты собираешься в университет?

Неделю назад я бы не задумываясь ответила «да», а теперь не уверена. Недавняя стычка с журналистами – еще одно напоминание, что от прошлого никуда не деться и кто я на самом деле. Да, можно поехать в Рейн, притвориться Лантой Кейд и начать жизнь заново. Но как только мама приедет навестить меня, кто-нибудь сразу узна́ет ее – и все пропало.

Если я хочу начать с чистого листа, жить как все, чтобы меня действительно никто не узнал, нужно отказаться от своей семьи. Но я никогда не смогу. Семья для меня все.

— Не знаю, – честно отвечаю ей.

Она грустно улыбается:

— От себя так просто не убежишь…

Флорида соглашается подбросить меня через лес к шоссе, убедившись, что до моего дома далеко и нас не засекут репортеры. Лучше, если нас не увидят вместе, особенно учитывая вражду между нашими семьями. Слезаю с мотоцикла, уже скучая по реву мотора и теплу ее тела, к которому только что прижималась.