Книга Эхо Мертвого озера, страница 149 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

— Я не знаю. – В голосе Сэма слышится отчаяние. – Какой-то абсурд.

— Ты сам сидел в машине, так что угнать ее не могли, – замечаю я.

Сэм соглашается.

— Значит, кто-то взломал полицейские камеры или замаскировал другую машину под твой пикап.

— И то, и другое очень сложно, – отвечает Сэм.

— Ты же сам говорил, что Варрус разбогател? С деньгами все гораздо проще.

Сэм ничего не отвечает, да и что тут скажешь… Ведь за деньги и правда можно купить многое. Мы сами убедились в этом в случае с «Авессаломом». Когда кто-то при деньгах выбрал вас своей мишенью, вы мало что можете.

— Мы будем бороться, – говорю я. – Лео наверняка где-то ошибся. Не мог не ошибиться. У него не хватит ума провернуть такое, ни разу не проколовшись. Как только мы во всем разберемся, обвинение против тебя развалится.

— Если разберемся, – отвечает Сэм.

Я хмурюсь. Это не похоже на него – быть таким пессимистом.

— А Кец что говорит? Она же тебя знает – знает, что ты не имеешь к этому никакого отношения.

— Я с ней не говорил. Я пока в участке. Детектив попросил задержаться, на случай если у него еще появятся вопросы.

Как только вечером звонит телефон, я сразу понимаю: это тот самый звонок, которого я боялась. Делаю глубокий вдох, беру себя в руки и провожу пальцем по экрану для ответа. Не успеваю сказать «привет», как Гвен рявкает:

— Как это понимать, черт побери?

Конечно, я знаю, о чем она. О допросе Сэма Диакосом и о том, что я не вмешалась.

— Я знаю, Гвен. Мне очень жаль.

Мне правда жаль. Утром я доверилась интуиции и попросила детектива Диакоса поговорить с Сэмом, а теперь сомневаюсь, правильно ли поступила.

— Ты считаешь, что Сэм имеет отношение к происшествию в нашем доме? – резко спрашивает она.

— Нет, конечно.

В другой ситуации меня обидел бы такой вопрос, но сейчас я понимаю ее страх.

— Его подставили, – говорит Гвен.

Я довольно долго изучала улики и пометки, сделанные Диакосом в ходе допроса, и я с ней согласна:

— Похоже, что так.

— Тогда почему ты сидишь сложа руки? – Я слышу злость в ее голосе, и это ранит меня в самое сердце. – Кец, почему ты не позвонила мне сразу, черт побери? Я бы сказала тебе, что Сэм ни при чем!

Она явно намекает на предательство. Стараюсь пропустить это мимо ушей. Я знаю, о чем Гвен думает, но не говорит вслух: после всего, через что мы прошли в Сала-Пойнт, как я могла не позвонить ей в ту же минуту, когда в деле всплыло имя Сэма?

— Потомуи не позвонила, что знаю: Сэм невиновен, – отвечаю ей. – Я участвую в расследовании, и это все осложняет. Предупреди я тебя, полицию могли бы обвинить как минимум в предвзятости, а как максимум – в сговоре. Меньше всего твоей семье нужно, чтобы расследование осложнилось обвинениями в пристрастности. Если твои недоброжелатели решат, что к тебе относятся по-особенному из-за наших личных отношений, то никогда не поверят в невиновность Сэма даже после снятия официальных обвинений.

— Они и так не поверят. Для них мы всегда будем виноватыми.

— Прости. Ты же знаешь, я никогда бы не сделала ничего, что могло бы подвергнуть опасности тебя или твою семью.

— Я знаю. Просто… – Гвен не может подобрать подходящие слова.

— Ты напугана, – заканчиваю я за нее. Гвен – одна из самых сильных людей, которых я знаю, и ей нелегко признать свою слабость.