Онлайн книга «Эхо Мертвого озера»
|
Последний раз я искал себя пару часов назад, и с тех пор появилось около десятка новых статей. Есть серьезные новостные репортажи из авторитетных источников на основе фактов. Но большинство – просто мусор, сенсация ради сенсации, для привлечения читателей. Таким журналистам глубоко плевать на неприкосновенность частной жизни и на то, что я несовершеннолетний и мои права нужно соблюдать. В топе статья под названием «Яблочко от яблони». Открываю ее, словно хочу сам себя наказать. Вверху страницы моя прошлогодняя школьная фотография рядом с папиной тюремной фотографией. Секунду пристально разглядываю их, ища сходство и отличия, и задумываюсь, что же увидят другие люди. Статья, само собой, полное дерьмо. Не важно, что стрелком был Кевин, а я всего лишь свидетель – там сказано, что раз я сын известного серийного убийцы, то, значит, тоже как-то замешан. Есть несколько интервью с моими одноклассниками, и у меня внутри все горит, когда я читаю это. Меня описывают как странного одиночку без друзей. Один парень вспоминает, как я сильно избил другого парня и тот попал в больницу. Он не сказал, что это произошло на школьной тренировке по стрельбе из лука, когда у меня началось ПТСР[15] и я запаниковал. Девушка по имени Эмили, с которой мы вместе ходим на биологию, заявляет, что совсем не удивится, если узнает, что я имею отношение к стрельбе. «Он именно такой парень, понимаете? Есть в нем что-то отталкивающее. Да, с ним что-то не так. Я никогда не оставалась с ним наедине. И мои подруги тоже. Мы все его боялись. И, оказалось, правильно делали». Мои щеки вспыхивают от этих слов. Мы с Эмили несколько недель назад вместе делали лабораторную работу и, казалось, неплохо ладили. Она вела себя нормально, даже дружелюбно, и я подумал, что моя школьная репутация странного парня идет на убыль. Закрываю глаза, вспоминая наше общение и пытаясь взглянуть на него объективно. Неужели я видел только то, что хотел видеть? Есть высказывания и других одноклассников в том же духе. Вспоминаю их по именам. Я не дружил ни с кем из них, но они вроде относились ко мне нормально, в отличие от некоторых других школьников. А теперь как с цепи сорвались. Эти ребята утверждают, что знают меня, хотя на самом деле ничего обо мне не знают. Читая это дерьмо, я, как ни странно, начинаю скучать по Кевину. Его взбесили бы эти статейки, и он нашел бы, что сказать про Эмили и прочих, выстроившихся в очередь за своими пятнадцатью минутами славы[16]. Мысли о Кевине заставляют меня вспомнить тот момент, когда я увидел его в коридоре в тот день, и как у меня ушло нереально много времени, чтобы понять, что именно у него в руках. По-моему, это просто бессмыслица. Зачем ему проносить ствол в школу? Зачем вообще брать его в руки? Все так запуталось… Я надеялся, что это какой-то прикол или ошибка, что он просто выпендривается. Но потом раздался выстрел, который получился чертовски громким, потому что мы находились в помещении и наушников на нас не было. А металлические шкафчики, линолеум на полу и плитка на потолке так усиливали и отражали звук, что моя голова словно взорвалась… Я роняю телефон и перекатываюсь на живот, застонав в подушку: изнутри поднимается тошнота. Не хочу вспоминать. Не хочу снова видеть это. |