Книга Мёд полыни, страница 31 – Екатерина Кожевникова

Стожар быстро переложил из короба кувшины и крынки с хмельным медом и собрался налегке отправиться домой.

— Оставайся пока, тебе же нравится из лука стрелять, – расслабленно махнул рукой в сторону мишеней Волк. Разбойники, упражняющиеся в стрельбе, недовольно переглянулись, но без пререканий отдали лук и стрелы Стожару. Бортник это заметил: подчиненные знали, что напускным добродушным видом Волка обманываться не стоит, когда ему что-то требовалось – он любой ценой добивался цели.

Между собой разбойники до сих пор спорили, откуда Волк взялся: одни говорили, что прямиком из Царьграда, другие утверждали, что он – беглый конокрад из Волжской Булгарии. Главарь слушал краем уха эти споры, в его темных, почти черных глазах загорался насмешливый огонь, но правду он никогда не раскрывал.

Стожару взаправду нравилось стрелять из лука, изучать оружие и метать ножи, слушать рассказы про засады и драки – он с интересом следил за разбойниками, закрывая глаза на неприятные и жестокие особенности их жизни, потому что собственное ремесло по сравнению с разбойничьим казалось однообразным и набившим оскомину за долгие годы. Еще не будучи главарем, Волк приметил любопытного бортника и позже не только сохранил договоренности предшественника по меду, но и позволил Стожару учиться и проводить в лагере разбойников сколько угодно времени, чтобы заполучить нового соратника.

Лениво привалившись к дереву, Волк хрустел зеленым яблоком и наблюдал, как стрелы каждый раз били мимо цели, но Стожар упорно собирал их и возвращался к стрельбе.

— А коли б ты слушался моих советов и научился заговаривать ветер, то перестал бы уже мазать, – поддел он бортника. Стожар кинул на него сердитый взгляд и вновь натянул тетиву.

Волк что-то прошептал под нос и тихо свистнул – стрела, летевшая криво, подхваченная едва заметным ветром, ударила точно в цель. Стожар радостно хлопнул себя по колену и обернулся к предводителю разбойников.

— Видал?

— А то. Не благодари, – скорчил ехидную рожу Волк, догрызая яблоко.

— Да брось… зачем опять все испортил?

— Испортил? Ты впервые в цель попал, а не в глаз кому-нибудь.

— Вечно лезешь со своими колдовскими фокусами! Зачем они вообще нужны, когда можно обучиться самому?

— Но с колдовством – быстрее и куда проще, – на губах Волка заиграла тонкая ухмылка. – Хочешь, научу заговаривать пчел, чтобы они не кусали, пока вы мед собираете? Отец тебя такому не обучит точно.

— А мне и не надо.

— Ты лучше не спорь, а запоминай: «Не кусай да не злись, пчела, у тебя тело медно, кости железны, а злобы – нет…»

— Каждый раз одно и то же! Я тебе растолковываю, что мой отец колдунов ненавидит, а ты упрямо пытаешься меня подучить. Далось тебе это, а? Столько разбойников кругом – учи любого другого, – Стожар раздраженно положил лук и стрелы под дерево и оперся на ствол рядом с Волком, собираясь передохнуть.

— Отнюдь. Редко и не из всех толковые ученики выходят, но от тебя Навью^[20] веет так, будто ты с нечистью якшаешься, – хитро покосился на бортника Волк, Стожар вздрогнул.

— Ничего у меня общего с нечистью нет.

— А колдовством можно много добиться и жизнь любую поменять.

— Ну да, разрушить, – фыркнул Стожар.

— Хочешь самым лучшим ремесленником стать – пожалуйста. Богатство, жену красивую, дом зажиточный, клад золотой – что угодно можно достать.