Книга Офицерский романс. Из огня да в полымя, страница 58 – Александр Капков

Вокруг него шла самая обычная жизнь. Отчасти, но только отчасти она напоминала ту, прежнюю, от которой Нелидов даже успел отвыкнуть. Вывески на трактирах и ресторанах, открытые лавки, магазины, спешащие по своим делам люди. Впрочем, бросались в глаза и отличия. Те же беспризорники, копающиеся в помойках. До революции их не было на улицах в таком количестве. А еще обилие лозунгов и флагов. По ним легко можно было определить, где находятся государственные учреждения. Но вывод был один. Внешне ничего не говорило о том, что диктатура пролетариата придавила народ железной пятой. Большевики проводили новую политику в экономике. И она дала первые плоды. Он видел это своими глазами. Рассчитывать на контрреволюцию не имело смысла.

О собственной безопасности Нелидов заботился самым серьезным образом. Он принимал все разумные меры предосторожности, возможные в его положении. И, насколько мог судить, за ним никто не следил. Однако эйфории у Нелидова не было. Слишком много поставлено им на карту, чтобы все это рухнуло от случайности или его собственной небрежности. Вот поэтому он двигался по своему маршруту, не торопясь, с остановками, присматриваясь и остерегаясь.

Приехав в Москву, Нелидову было немного странно видеть в ней столицу. Он решил, прежде чем искать девушку, совершить две поездки, не связанные с его делом и подвергавшие ненужному риску. Поэтому ему пришлось вести длительный спор с самим собой. В этом споре возобладала следующая точка зрения: он поедет. Надо убедиться в том, что за ним не следят и не преследуют. Лучше пусть это выяснится раньше, до того, как он влезет в поиски полностью. Первая поездка была в соседний губернский город. Он управился за два дня. Вторая ближе – в Подмосковье, на могилы родителей. На кладбище, где тихо и немноголюдно, он нашел два деревянных креста на могилах отца и матери.

Нелидов присел на скамеечку, притих. Вспомнил матушку и отца. Родительские могилки имели ухоженный вид. И тайны в этом не было. Старшая сестра Николая жила со своей семьей в этом городе. Она и убиралась на кладбище. Станционный поселок небольшой, все друг друга знали. Он поговорил с бабушками, продававшими цветы перед кладбищем, и узнал все необходимое. Где сестра живет и кем работает. Нелидов не боялся, что его вспомнят. Последний раз он был тут еще юнкером. Много воды утекло с тех пор. Сестра жила в том же доме, занимала две комнаты в своей бывшей пятикомнатной квартире. Ее муж работал адвокатом. И сейчас тоже сохранил практику. Сестра же была акушеркой в больнице. Две его племянницы стали совсем взрослыми, учились в школе второй ступени. Нелидов смог увидеть сестру и ее дочек издали, из станционного скверика. И убедился, что с ними все в порядке. Как не желал он показаться сестре, но подавил свой порыв. Лучше ее не волновать лишний раз. Да и как ему объяснить свое появление в стране? Думается, немало соседей были в курсе службы у белых младшего брата акушерки.

Только через четыре дня, успокоенный и умиротворенный Нелидов сел в поезд, идущий в Тамбов. Купив билет в общий вагон, куда пассажиры набились битком, он протрясся на краю нижней полки около суток в полной духоте и скученности. И глубоко вздохнул всей грудью, только оказавшись на перроне Тамбовского вокзала. Поиски девушки он начал в самом Тамбове. Внучка Вишецкого, судя по сведениям, предоставленным в письме его другом, работала учительницей. Вполне возможно, что ее следы обнаружатся в губернском отделе народного образования. Ротмистр, почитывая во время своего путешествия газеты, представлял себе в общих чертах советскую образовательную систему. По всему выходило, что большевики вели учет всем и всему. Значит, раз девушка сказала другу, что работает учительницей, то должна где-то быть зарегистрирована. Жаль, конечно, что точного адреса в письме нет, но не так уж и много в Тамбовской губернии уездов. Он начнет искать ее следы в Тамбове, а потом пойдет по нисходящей. Станет ездить по уездам. Времени и желания у него было хоть отбавляй. За четыре года внучка Вишецкого могла много раз поменять место жительства. Но ведь надо же откуда-то начинать.