Книга Сердце пустоты, страница 26 – Алиса Джукич

— Адриан?

Мы разговаривали утром, и Флоран поведал мне, что нанял «Цветы Парижа» декорировать его особняк. А я рассказал единственному другу, что впервые за последние два года решил пропустить работу и нарушить свое обещание, чтобы подольше побыть с Альмой и попытаться выудить из нее признание. Я откровенно врал самому себе. А что оставалось делать, если сердце рядом с ней заходилось, как у мальчишки, а Альма встречалась с другим.

Разве возможно так быстро влюбиться? Нет.

Но суть моей тяги к Белроуз крылась в том, что я грезил ею, сколько себя помнил. Сначала оберегал, как сестру, после комы боялся, что Альма не примет изуродованного монстра, а когда мы выросли, стал аккуратно наблюдать за ней из тени. И каждый раз в душе предательски загорался огонь на взаимность, быстро затушенный уверенностью в том, что она меня ненавидит.

— Удалось что-нибудь узнать у девчонки? — с ходу поинтересовался друг.

Мне пришлось затормозить на пешеходном переходе, пропуская девушку в цветочном сарафане.

— Хм… нет.

— Я же тебе говорил, с Белроуз не все так просто. — Когда девушка достигла другой стороны бульвара, я вновь нажал на газ.

— Хорошо… — как-то радостно заключил Адриан, и я нахмурился, не понимая друга. — В общем, я тебе звоню напомнить о завтрашнем совещании акционеров в двенадцать. И прихвати с собой оптимизм, он нам понадобится.

— Адриан, это забота моей секретарши, — хотел пошутить я, но друг резко сбросил звонок, оглушая меня монотонными гудками.

Флоран частенько вел себя странно, когда что-то замышлял. Но сейчас его наигранная бодрость и поспешный сброс звонка показались мне подозрительными. Я отложил телефон и сосредоточился на дороге, но неприятный осадок остался.

Зачем ему понадобилось лично напоминать о совещании? Это больше выглядело, как глупый предлог для звонка. И друг так обрадовался, услышав, что у меня ничего не вышло с Альмой?

Ответы не находились, а дорога тем временем вывела меня к набережной Сены. Я припарковался, заглушил двигатель и некоторое время просто смотрел на темную воду реки, пытаясь привести мысли в порядок.

Опера Гарнье

Роза

— Ты бы видела эту домину! — присвистнула Натали и всплеснула руками. — У меня нет слов! Там фонтаны, сады с покрытыми лотосами озерами, целое поле для игры в конное поло и даже мраморные статуи голых дев!

— Впечатляет, — устало пробубнила я, тем самым расстроив подругу. Она явно ожидала более бурной реакции на рассказ об имении Адриана Флорана.

Интересно, как разительно отличались стили жизни двух богатых семей Парижа. Эрик продолжал утопать в скорби и горе, и его внутренний мрак словно просочился жгутиками тьмы на все поместье «Фантом», а Адриан купался в славе и вседозволенности.

Пока я размышляла, Натали приложила ко мне блестящее платье, напоминающее диско-шар. Битый час мы торчали в торговом центре, подбирая наряды на вечернее представление «Призрака Оперы».

Я отпихнула от себя очередное вычурное платье, сев на кресло с высокой спинкой рядом с примерочными.

— Ты не показала эскиз банкетного зала Флорана и не предоставила смету на количество необходимых для украшений «домины» цветов.

Одетая в идеально сидевшее по ее точеной фигуре облегающее платье цвета морской волны, Натали вышла из примерочной и, покрутившись перед зеркалом, уставилась на меня.