Книга Прыгать с платформы запрещается, страница 38 – Татьяна Солодкова

Круг тридцать пятый

— Найда, привет! Не рычи на меня, пожалуйста, — весело попросила Женя и бесстрашно протянула руку вставшей с земли собаке овчарко-волчьей наружности, позволяя себя обнюхать. — Здравствуйте, Марья Никитична! Хороший день, не правда ли⁈

Старуха на скамье у забора подалась вперед, сильнее опершись на клюку, и часто, подслеповато заморгала, вглядываясь в незнакомку.

— А ты кто такая будешь? — Замахала ей рукой, подзывая. — Не вижу! Подойди ближе!

Женя послушно шагнула к ней.

— А я, Марья Никитична, — объявила торжественно, — внучка Глафиры Ложкиной!

— Гаврилны? — шире распахнула глаза пожилая женщина. — Ведьмы, что ли? С Зеленой?

— Ведьмы, ведьмы, — покивала Женя. — С Зеленой, двенадцать. Вот дар принимать приехала…

Круг тридцать шестой

— Погоди, погоди! — Марина от переизбытка чувств даже схватилась за голову, отчего с нее едва не свалился старомодный колпак. Пришлось спешно его ловить и возвращать на морковные волосы.

— Гожу, — покладисто согласилась Женя, сидя на прилавке и болтая ногами в воздухе.

Только что она в очередной раз рассказала хозяйке сельмага о своих и об их общих злоключениях, и та опять безоговорочно поверила, а теперь пыталась уложить все это в голове по полочкам.

— То есть ты думаешь, что сегодня в таком случае Михалыч не прибежит и Марье Никитичне не станет плохо?

— Вчера не стало, — пожала плечами Женя и бессовестно заглянула за прилавок. — А у тебя яблок случайно нет, ну, тех, вкусных, зеленых?

Марина пораженно моргнула, после чего потянулась к нижней полке, которую Женя со своего насеста не видела, достала и поставила перед ней плетеную чашку с яблоками. Точно, те самые!

Женя тут же схватила ближайший к ней плод и вгрызлась в его блестящий бок.

— Мытые… — как-то отрешенно пробормотала Марина.

— Я фнаю, — с уже набитым ртом откликнулась Женя, даже не подумав сперва дожевать. К чему церемонии? Все свои.

Мытое, вкусное, сочное — знакомое. Сколько уже таких яблок она съела за эти четверги? И все равно нравились.

— Но… — Несчастная все еще пыталась постичь непостижимое. — Но ведь, — начала снова, — если, как ты говоришь, четверг начинается всякий раз с нуля, то как один четверг может меняться из-за того, что случилось в предыдущий четверг? Он же все тот же четверг?

— Без понятия, — дернула плечом Женя и сделала еще один смачный укус. Вкуснотища!

— Но муж тебя не вспоминает, несмотря на то что ты рассказываешь ему все каждый день?

— Я его це-лу-ю, — поправила Женя, важно приподняв руку с яблоком.

— Прямо как Спящую красавицу, — пробормотала Марина.

Женя усмехнулась.

— Царевну, — вспомнила она недавнее сравнение Ильи.

— Нет такой сказки, — тут же заспорила собеседница. — Шарль Перро — это «Спящая красавица», Пушкин — «Сказка о мертвой царевне»…

— А еще есть «Белоснежка» братьев Гримм, — блеснула Женя эрудицией в ответ.

— … а у тебя гибрид, — закончила Марина свою мысль.

Но Женя только вновь пожала плечами. Гибрид так гибрид. Так даже забавнее.

Суть-то была не в названии, а в том, что четверги можно менять, но во всем, что не касалось ее родных.

— А если взять и попросить деда Агафона дать трактор и отвезти тебя в райцентр к Федотову? Вдруг когда ты наконец подпишешь документы, все закончится? — еще раз все тщательно обдумав, предложила Марина.