Книга Почти в разводе с драконом. История истинной попаданки, страница 119 – Анна Лессер

Мне становилось плохо от этих разговоров. Так договоримся, так вообще выяснится, что ничего нам не надо делать.

И словно накаркал.

Иоланта шагнула ко мне и положила ладонь на плечо.

— Альваро, оставь её. — И голос у самой дрогнул.

— Вы понимаете, что вы своему ребёнку приговор подписываете?

— Да только неизвестно: удастся ли нам спасти ребёнка моего или нет. А так хотя бы крупица моего ребёнка будет рядом. Ты понимаешь, что если у нас не получится, мы потеряем и эту девочку, которая носит в глубине души кроху Айры? Ты понимаешь это?

— Мы так и так потеряем Айру, потому что эта девочка не сможет прожить долго в нашем мире.

Иоланта сделала шаг назад, смежила веки и растёрла виски нервными, сведёнными пальцами.

— Напои её драконьей кровью.

Я задохнулся.

— Альваро, напои её драконьей кровью. Подари ей дракона и может быть, тогда мы будем чувствовать Айру сильнее. Может быть, тогда растворится эта грань между ними двумя. Вообще, почему ты не можешь предположить себе такой вариант, что Айра слабеет из-за того, что находится в теле человека? Возможно, если бы это тело было драконом, Айра никуда бы не ушла.

— Это бред. — Произнёс я, почти затаив дыхание и вскинул подбородок повыше.

— Нет, Альваро, это один из вариантов сохранить хотя бы эту девочку с крупицей души моей дочери. Она любит детей. Она любит твоих детей, как своих. Это уже достаточный вариант.

— Вы понимаете, что вы своему ребёнку подписываете…

— Моему ребёнку подписал приговор ты! — Резко рявкнула на меня Иоланта и посмотрела почти вертикальным зрачком. — Ты это... Ты сделал это.

От этого в груди защемило, заболело, потянуло. Потому что нет ничего дерьмовее, чем чувство вины. И оно многократно растёт в момент, когда тебя в него тыкают.

— Я уже знаю, что нам не спасти её. Но и потерять хоть что-то от моей дочери я тоже не согласна. Напои её драконьей кровью!

— Где я вам найду обернувшегося дракона?

— Не лукавь. — Иоланта с трудом сдержала слёзы в глазах. — У тебя есть один обернувшийся дракон. Господин Герберт с радостью отольёт тебе не одну и не две кварты крови.

— Это исключено. — медленно произнёс я.

— Сам обернись! Сам напои своей кровью! — Зло произнесла Иоланта, делая шаг ко мне и ударяя со всей силы в грудь кулаком.

Я бы не удивился, если бы она зажала там стилет.

— Порталы… Ты понимаешь, что этого никто не делал!

— Если никто не делал, это не говорит, что у нас не получится. — Протараторил я, устав от этого спора, устав от этого диалога и в принципе устав. — Мы будем рисковать. Я верну Айру ценой своей жизни, ценой чужих жизней.

У Иоланты задрожали губы.

— Не вернёшь — сам убьёшься, её приговоришь. Дети останутся сиротами на попечении у твоего старшего сына, который насквозь пропитан ненавистью к тебе. Не спасёшь, Альваро. А я так понимаю, мне никто не отдаст Дарину с Катариной, если с тобой или с этой девочкой что-то произойдёт.

Иоланта резко потянулась и скинула с себя алхимический фартук.

— Разберись с лестницей. Я не могу столько крутиться по ступеням. — Шепнула она и развернувшись, пошла к выходу.

Я остался сидеть в лаборатории.

Я себя сожру, если хотя бы не попробую вернуть Айру. Я себя прям здесь и сожру. А дракон мой сойдёт с ума, когда поймёт, что ничего не откликается, когда с каждым прожитым днём в ней будет становиться всё меньше моей жены, моей истинной.