Книга Госпожа Лидия, страница 246 – Малиновая Карамель

В таком положение его грудь стала шире, и словно выгнулась мне на встречу. Чем я не преминула воспользоваться, вонзаясь в неё зубами, оставляя отпечатки своих зубов.

— Ш! – громко выдохнул сквозь сжатые зубы Эрим, чем напугал меня.

— Всё хорошо, дорогой? – сразу же спросила, боясь, что переборщила с властностью и болью.

— Да, не останавливайся. – выдохнул на одном дыхание. – Укуси меня ещё. – его голос стал твёрже.

Кто я такая, чтобы спорить с именинником в его день рождение?

Прижавшись губами к ключице, я сначала её облизала, словно намечая место укуса, а после схватила зубами, слегка погрызя косточку.

Кожа была слегка солёной на вкус, и ярко пахла чем-то древесным и морским. Хотелось, не останавливаясь вдыхать этот мужественный аромат, наполняя им лёгкие до отказа.

— Кажется, кому-то очень нравиться, когда его кусают. – потираясь пахом о выпуклость на трусах, я, чувствуя себя настоящей садисткой, села ровно, процарапав ногтями светлые полосы от малиновых сосков до тазовых косточек. – Но мы собирались наказать плохого мальчика. – взгляд упал на отложенную ранее плётку и у меня в голове созрел целый сценарий. – Снимай трусы и ложись на живот. – предвкушающе облизнулась, чем казалось вознесла мужа на небеса.

Чтобы он смог выполнить мой приказ, мне пришлось слезть с его бёдер. Перекинув ногу, я села сбоку от него на постель, ожидая, когда он снимет трусы и ляжет как я попросила.

Эрима словно в задницу шершень укусил. Буквально прыжком соскочил с кровати, скидывая синюю тряпку, и прыгая обратно, но уже на живот.

Его крепкие ягодицы, оказались в опасной близости и буквально магнетизировали мою руку, как если бы она была из металла. Поддавшись своему желанию, а крепко сжала одну булочку в руке, впиваясь ногтями, до светлых вмятинок.

И словно проверяя границы дозволенного, я отвесила лёгкий, но громкий шлепок по другой половинке, наслаждаясь тем, как она покраснела.

— Ах… – постарался скрыть тихий стон муж, прижав кулак ко рту, впиваясь в него зубами.

— Тише, милый. – мне очень нравилось видеть его искреннюю реакцию на мои касания. – Это только разминка.

Вспоминая всё, чему меня успел обучить за эти месяцы Барчи, я вращающими движениями запястья нанесла несколько ударов плетью по спине и пояснице мужа. Удары были едва ощутимыми, но от самого факта касания прохладных кожаных лент мокрой разгорячённой кожи эсрхонца, Эрим каждый раз вздрагивал, тихо постанывая и произнося моё имя, как молитву богине.

Когда кожа слегка покраснела, я чуть усилила удары, осыпая в основном его плечи и спину, иногда касаясь боков и крепких ягодиц. В этом деле, когда орудуешь плёткой с большим количеством концов, важно сначала разогреть кожу, а после постепенно усиливать удары, тогда ощущения будут нарастать от приятного тепла, до ощущения ползущих мурашек и иголок, что покалывают кожу.

Я легко понимала момент, когда сменялась эта грань. Обычно Барчи начинал извиваться под моими ударами, как уж на сковородке. А вот у Эрима другая реакция. Вместо того, чтобы избегать приносящих боль лент, муж словно специально выгибал спину и выпячивал зад, словно предлагая ещё больше усилить напор.

Я подозревала в муже мазохистскую натуру, но думала, что она лишь капля в море. На деле, Эрим оказался ягодкой с сюрпризом. Лёгкая боль была ему приятна, но вот сильная буквально плавила мозги от удовольствия.