Книга Госпожа Лидия, страница 268 – Малиновая Карамель

Через пару дней я вернулась домой, и познакомила Дарка с его братом, переживая, чтобы у него возникло чувства ревности к маленькому.

После родов я стала копией мужей: боялась сначала отдавать сына кому-то на руки, спал он только рядом со мной, пусть и в своей кроватке, и на каждый его писк я подскакивала, чтобы проверить. Как результата я выглядела подобно умертвию, да и мужья были похожи.

Они решили поддержать меня и взяли отпуск на работе, перекинув все обязанности на заместителя. Эрим и Бахум не отказывались от помощи мне, наоборот, их не требовалось просить помыть или перепеленать Тристана, они просто брали и делали.

Только благодаря этому я хотя бы иногда спала и ела, в остальное время же держала сына на руках или сидел с ним на ковре.

И, конечно, я переживала, что Дарк замкнётся в себе и почувствует себя нелюбимым ребёнком. Потому, когда в гости пришла посвежевшая и отдохнувшая на своей пенсии Кларин, я вывалила на неё свои проблемы, прося совета, как у опытной матери.

— У меня такой проблемы не было, – мы снова сидели в беседке у моего особняка, наслаждаясь кофе, как и в тот день, когда Кларин сообщила о своём желание уйти и передать власть мне, за стеклянными стенами шёл дождь, и единственное отличие было в том, что рядом со мной в переноске спал мой сын, – потому что Ламина единственная моя дочь, но вот у неё был такой период, когда Сцифа ревновала к маленькой Рае. Она тогда тоже сильно утсавала, и не всегда могла играть с Сцифой. Но у них разница больше десяти лет, и Сцифа быстро пошла учиться, приезжая только на выходные.

— Но Дарку ещё далеко до школы, да и не хочу я, чтобы он чувствовал себя одиноко из-за Тристана. Между братьями не должно быть ненависти.

Этот страх всё чаще зарывался в моё сердце. Мне казалось, что, когда мои сыновья вырастут, Дарк будет ненавидеть Тристана. Как бы я не любила Дарка, но он знал о том, что я не его родная мама. Он не переживал из-за этого и как-то признался мне, что рад, что мы его семья, но Тристан мог стать пусковым выстрелом для новых чувств, не совсем положительных.

— Ди, ты нагнетаешь. – Кларин сжала мою руку, что без сил лежала на столе, и заставила вслушаться в свои слова. – Многие многодетные матери проходят через это, переживают, чтобы их дети росли в мире и любви. И все бояться, что одному ребёнку дадут больше, чем второму.

— Тогда что мне делать? – я поддалась вперёд, ожидая, что она откроет мне завесу тайны Вселенной, расскажет секрет идеальной семьи.

Наверное, все матери мира меня поймут в этот момент. Каждая желает лучшего для своей семьи.

— Просто живи, Ди. И делай так, как подскажет сердце. Вот и всё…

Я испытала дикое разочарование от её слов. Я надеялась на многочисленную инструкцию с подробным описанием всех этапов, а получила банальное требование сходить на ЭКГ. А как иначе сердце услышать?

— Ты думаешь, что я сказала глупость, это видно по глазам, но поверь старой эрсхонке, многие не делают этой простой банальности. Они ищут ответ в книжках, спрашивают у соседок, и повторят за другими. – примерно тоже самое я и делала, пришлось мне признаться самой себе. – Но дети у всех разные! Нет абсолютно идентичных детей. И семьи тоже отличаются. Так что, если одному подошёл метод воспитания, для другого он может оказаться провальным.