Книга Неизбежность, страница 197 – Ева Яма

Так рождаются Пустые Боги.»

Дыхание перехватило и теперь разговор с Томпсоном, ощущение его пустоты стало понятным.

Глаза округлились, руки запустились в волосы. Я встал, подходя к окну. Облокотился ладонями о холодный камень и глубоко выдохнул.

— Вот же... — вырвалось у меня с истерическим смехом.

Обернувшись на книгу через плечо, я не двигался некоторое время. Укладывал приобретённые знания по полочкам.

— Стоит ли говорить ему? — размышлял я вслух, прикусывая щеку изнутри. — Ладно, дальше.

Поднял книгу и удобнее улёгся на кровати, найдя глазами строку, на которой остановился:

«Их сила более не принадлежит древнему Божеству. Она принадлежит человеку. Их воля становится законом собственной магии, а сама магия более не зависит ни от мира, ни от веры смертных.

Но существует иной путь.

Иногда Сущность входит в дитя прежде, чем к нему приходит душа.»

— О, это было со мной... здесь я знаю... — шепнул я, скользя взглядом дальше.

«... Тогда Сущность занимает место души, и начинается последнее Слияние. Если избранный устоит, он перестает быть человеком. Если дрогнет, погибнет не только сосуд. Погибнет и Бог.

Да будет известно каждому хранителю святилища: с мерть Сущности не есть смерть одного Бога. Она есть смерть части мироздания. Когда угаснет Бог Огня, люди еще будут помнить, как высекать искры из камня. Они сложат тысячи костров. Они повторят все известные им ритуалы. Но ни один огонь более не родится. Не потому, что исчезло знание. Потому что исчезло само право мира знать пламя. Ибо Боги не правят миром. Они и есть основания, на которых он воздвигнут.»

Книга закрылась. Глаза тоже. Струна в груди натянулась до предела.

Принцессе нельзя умереть во время слияния...

Отложив трактат, найдя чистый листок бумаги и чернила, я быстро написал письмо братьям Солари: «Если это возможно, найдите мне труды, где могут быть подсказки как помочь Богу найти свой сосуд раньше времени. Николас Крейн. Письмо из крепости.»

Выглянув в окно, окрикнул одного из друзей Элиона. Он без вопросов поднялся ко мне.

— Передай в руки Элиону или Эдриану. Никому кроме. Понял? — строго говорил я, передавая письмо.

Парень кивнул и тут же отправился собирать лошадь. А я вернулся к книге.

«Посему величайшей ошибкой станет оставить сосуд среди людей.

Любовь рождает страх. Страх рождает желание удержать. А тот, кто желает удержать мир, не способен пережить вечность.

До часа Слияния сосуд должен быть отделен от всего живого. Ни голос друга, ни плач матери, ни прикосновение возлюбленной не должны достигнуть его.

Руной Подчинения надлежит запечатать разум, дабы Сущность не коснулась его прежде времени.

Лишь в безмолвии человек способен узреть истину. Мир продолжит свое течение без него. И он продолжит существование без мира.

Когда же избранный добровольно откажется от всего, что прежде называл своим, Слияние перестанет быть битвой.

Тогда родится Бог. Не наследник древней Сущности. Не ее продолжение.

А Тот, Кто превзойдёт своего Предшественника.»

План начал складываться сам собой. Осталось только подождать, когда пробудится Элион, и заставить принцессу принять Богиню раньше времени.

*****

Находиться на территории дворца и даже в столице теперь было опасно. Король открыл на меня охоту: посылал за мной целые отряды. Но бедняги терялись в лесах, или умирали в болотах.