Книга Неизбежность, страница 226 – Ева Яма

— Здесь... — я запнулась, подбирая слово, — тихо.

Ник усмехнулся, не оборачиваясь. Он уже избавился от брюк, и я невольно отвела взгляд, уткнувшись в воду.

И в следующую секунду по воде разошлись круги. Ник окунулся полностью и отплыл почти на середину.

Хорошо, что не полностью голый... — обрадовалась я мысленно, невольно прикусив губу.

— Прыгай.

Эхо разнесло голос Ника по всей пещере прежде чем дойти до меня.

— Если ответишь на мои вопросы...

Крейн коротко кивнул и окунулся с головой.

Вода оказалась на удивление теплой и обволакивающей, словно тебя окунули в топлёное молоко. И магия ощущалась так четко, что я могла бы распознать настоящий запах Крейна, но не стала. Это было лишним сейчас, когда я хотела получить ответы.

Ник всплыл совсем рядом, касаясь моих бедер, запуская под кожей мурашки, и я отплыла дальше.

— Чего боишься? — язвительно улыбнулся Ник, подмигнув мне.

В пещере было достаточно темно, и я была за это благодарна — он не увидит мои предательски порозовевшие щеки.

— Зачем? — мой голос прозвучал глухо, отражаясь от стен. — Зачем ты закрыл меня там?

Крейн молчал слишком долго.

— Ник! — я ударила ладонью по воде, и брызги разлетелись в стороны. — Год, блядь! Год ада!

— Потому что ты должна была умереть, — его голос был спокойным. — Та принцесса, которая вошла в камеру — она бы не выдержала.

— Так ты меня сломал?! — я перевернулась в воде, глядя на него.

— Я сделал то, что должен был, — он остановился, и вода вокруг него стала неподвижной. — Ты должна была потерять все. Все, что делало тебя слабой.

— Слабой?! — я закричала, и эхо пещеры вернуло мой голос, усиленный в десятки раз. — Я была живой, сука! Живой!

— Ты была наивной, — он плыл ко мне, медленно, как хищник. — Ты думала, что можешь спасти мир, держа всех за ручку? Быть доброй и сильной одновременно? Чушь!

— А твоя правда — это боль?! — я ударила по воде снова, но Ник даже не дёрнулся. — Это год в грязи и холоде?! Это голод, который сводил с ума?!

— Та, кем ты была, — он остановился в метре от меня. В воде его глаза казались почти серебряными. — должна была исчезнуть.

— Ты не имел права! — мой голос дрогнул. — Ты не имел права решать за меня!

— Нет, — Крейн часто закивал, а плечи заметно напряглись. — Но если бы я спросил, ты бы согласилась?

Я открыла рот, чтобы крикнуть «да», но слова застряли в горле. Потому что знала — «нет». Я бы цеплялась за Рейнара, за отца, за Нору. За все, что делало меня... слабой.

— Видишь, — тихо сказал Ник.

— Это не значит, что ты имел право! — кулак ударился о воду, и легкая ноющая боль заполнила кисть. — Ты мог объяснить!

— Нет, — он покачал головой. — Если бы ты знала, то не страдала бы так сильно. А это было необходимо.

— Почему?! — я закричала, и слезы смешались с водой на моем лице. — Почему, блядь, это необходимо?!

— Потому что сосуд должен быть пуст, — его голос стал тише, но каждое слово било больнее удара. — Пустым, чтобы вместить Бога.

— Я чуть не умерла, — я плакала, и вода вокруг меня дрожала от моих движений. — Я ела дерьмо! Ссала в той же комнате, где спала! Я... я...

— Я знаю, — он протянул руку, но я отшатнулась.

— И тебе было нормально?! — горло разрывалось болью от криков. — Ты смотрел, как я умираю, и тебе было нормально?!

— Нет, — его голос дрогнул. Впервые. — Мне было не нормально, Элира. Каждую ночь, когда ты засыпала, я сидел у двери и слушал, как ты плачешь. Когда ты отказывалась от еды, я хотел ворваться и заставить тебя есть. Ты ломалась, и я ломался вместе с тобой.