Книга Неизбежность, страница 32 – Ева Яма

Вальтер молча ждал.

— Почему все решили, что источником силы была именно чаша? Ведь один человек погиб, другой выжил, а девушка вообще к ней не прикоснулась.

Король заметно оживился:

— Именно поэтому историки до сих пор спорят между собой.

— То есть никто не знает?

— Никто не знает наверняка.

Он сделал небольшую паузу.

— Всё, что записано в этой книге, основано на свидетельствах очевидцев. Выводы авторов могли оказаться ошибочными.

Я медленно кивнула. Эта мысль почему-то принесла облегчение.

Значит, сомневаться было не запрещено.

— А второй учёный?

Вальтер внимательно посмотрел на меня.

— Что именно тебя интересует?

— Он ведь остался жив.

— Остался.

— Значит, с ним можно поговорить? — я произнесла это с явной насмешкой, но вот Вальтер не принял мои слова за шутку.

На этот раз улыбка на лице короля стала шире:

— Именно это я и хотел услышать.

Я удивлённо подняла брови:

— Он жив?

— Да.

Несколько секунд я просто смотрела на Вальтера.

— Но... этой истории несколько сотен лет.

— И ты сможешь задать ему все свои вопросы сама.

Наверное, именно сейчас у меня получилось выглядеть совершенно глупо.

— Как?

— Позже.

Конечно. Опять позже.

Из груди вырвался тяжелый вздох.

— Ты говорила с Рейнаром?

Голова сама собой качнулась из стороны в сторону. Не хотела даже говоритьо нем, не то чтос ним.

— Не думаю, что смогу. Он чуть не убил меня.

— Он не хотел.

Я чуть склонила голову набок, не сдержав короткого смешка:

— Вы так уверены...

— Рейнар может показаться холодным и жестоким. Это у него от меня, — спокойно ответил Вальтер. — Но он не плохой человек. Уверен, он хотел бы перед тобой извиниться.

— Не думаю...

Вальтер подошёл ближе и осторожно убрал выбившуюся прядь волос мне за ухо. Этот жест должен был выглядеть по-отечески. Но почему-то казался чужим.

— Тебе и не нужно думать.

Я нахмурилась от слишком резкого ответа. Почти приказа.

Вальтер поправил ворот рубашки и чуть наклонился ко мне:

— Он твой жених. Хочешь ты этого или нет.

Плечи невольно напряглись. Я знала об этом с самого детства. Знала так же хорошо, как собственное имя. Но сейчас эти слова прозвучали иначе. Будто вчерашнего утра вовсе не существовало. Будто Рейнар не стоял надо мной, забирая мою жизнь, а я не чувствовала, как сердце медленно останавливается.

Вальтер осторожно провел ладонью по моим волосам, старательно изображая заботливого отца. Затем улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз. Она выглядела такой же безупречной, как и всегда, и такой же пустой.

Не сказав больше ни слова, король развернулся и вышел.

Любил же он оставлять последнее слово за собой.

Я еще несколько секунд сидела неподвижно, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Потом машинально посмотрела в окно.

Скамья уже пустовала.

*****

Сад жил собственной жизнью. По дорожкам бегали дети, за ними неторопливо шли нянечки, а на скамейках небольшими компаниями сидели юноши и девушки, споря так горячо, что временами их смех долетал даже до окон библиотеки.

Дорога до школы оказалась гораздо длиннее, чем я ожидала. Пришлось миновать несколько внутренних садов, пересечь широкую площадь с фонтаном, затем долго идти по узкой дорожке, выложенной серой брусчаткой. К тому моменту, когда впереди наконец показалось школьное здание, ноги уже начинали приятно гудеть.