Книга Я и Я, страница 142 – Иван Наумов, Андрей Силенгинский, Сергей Доброхлеб, и др.

Виртуал ничего не ответил. Но кто-то сейчас наверняка поехал по этому адресу, чтобы своими глазами убедиться, пощупать, может быть, даже каплю крови взять у воскрешенного человека.

— Поскучай пока, – виртуал исчез.

Валерий еще раз осмотрелся. Нет, в офисе решительно не за что было зацепиться взглядом. Он тяжело вздохнул и вытащил из внутреннего кармана сигару. Раскурил. Внезапно рассмеялся почти беззвучным смехом – он бережет здоровье, наслаждаясь виртуальным табаком, но тело-то придется все равно менять еще раньше, чем оно выработает свой ресурс…

Бронз явился через четверть часа, причем торопливо, еще указывая на что-то рукой предыдущему собеседнику. Повернулся к Олефиру.

— Такие интриги тебе не по карману, – в его голосе уже была некая осторожность, даже опаска, но не к Валерию, а к той силе, которая стояла за торговцем.

— Я знаю это лучше других, – Олифер развел руками, будто показывая, что беден он и ни в чем не виноват. Провокациями заниматься не умеет.

— Так в чем твое предложение? – Бронз был готов выслушать.

— Не мое, мне тут передали.

И Валерий слово в слово повторил предложение своей старшей копии, сделанное обманнику.

Бронз, естественно, поначалу не был настроен решить дело общим подъемом из виртуальности.

— Я же не требую навсегда… – примирительным тоном вещал Олефир. – Сходите на полчасика, потом вернетесь. Невредно иногда проветриваться. Я же вас не прошу за город выехать!

Главный аргумент «против» пока не звучал – смерть и воскрешение старика-фанатика могли оказаться еще одной военной хитростью. Эта провокация начала боевые действия, ее продолжение могло их завершить самым фатальным образом для одной из сторон. Однако и главный аргумент «за» был известен обоим, потому Олефир так его и не высказал, – деньги. Еще неделя противостояния, и общины обанкротятся. Виртуалы не смогут позволить себе такого количества детей, и придется менять образ жизни – окончательно уходить в цифровые вселенные.

Тогда виртуальность станет не просто домом, а тюрьмой.

— Подумай, что будет, когда это предложение окажется перед Рогутом?

— Он мужик упрямый.

— Возьмут к ногтю и упрямого.

В итоге уламывание, демонстрация новых доказательств и общая подготовка почвы заняли полтора часа.

Спусковым крючком послужило вполне связное донесение от периферийной приборной разведки – жучок в сорок седьмом коридоре начал передавать картинку. Обманники в большом количестве выходят из привычных секторов обитания. Проще говоря, со своих этажей.

Бронз в бешенстве посмотрел на Валерия. Будь торговец здесь во плоти – он бы погиб на месте. Потому как первой мыслью виртуала было, что его отвлекли, не дали постоянно вчитываться в данные разведки, и что самое подлое – отвлекли чистой правдой.

Виртуалам надо было повторять маневр противника, но в другой форме. Надо было обдумать финты прямо сейчас.

— А мои деньги? – самым естественным тоном осведомился Валерий.

Бронз, все еще плохо соображая от злости, щелкнул пальцами. Одновременно с обрывом связи на счет торговца перепала какая-то мелочь.

Младший Олефир стянул с головы обруч и стал собираться.

У старшего Олефира оставались дела в суде: все держалось на честном слове, возможность еще не стала реальностью.

Нестройную массу обманников надо было довести до места, а сделать это оказалось не проще, чем затушить пожар, таская воду в решете. Валерию пришлось забирать под контроль встречные «сюрпризы». Давить в зародыше массовые истерики. Давать людям новые иллюзии. Подгонять толпу отстающих.