Онлайн книга «Я и Я»
|
— Заплатка на голове после того случая? — Нет, тогда только ногу сломал. Кость на болтах. А заплатка – та со школы еще. Тоже одному заехал, да директор откуда-то увидал. Схватил за ухо, завел в помещение, в котором стояло четыре стула, одним из которых и ударил по голове. — Трудное у тебя было отрочество! — Трудное. Да и юность не легче. Да и сейчас. А за гробом, вероятно, нас ждут новые сюрпризы судьбы. Он поморщился и взялся за правый бок. Печень, что ль, его беспокоит? — Беспокоит? Да она бесит меня! В общем, сам видишь: кость на болтах, черепица титановая, печень скручена параличом, и вообще – нет такого места на мне, по которому бы не били. Сквозная от выстрела, в глазах двоится от сотрясений, да приближается старость со скоростью шестьдесят минут в час. — Ты еще вполне бодр, – сказал я. — Вчерашняя схватка очень меня огорчила. Ты ж меня едва не одолел. Меня! Кто? Искусственный румын! Так что сам видишь, реинкарнация мне крайне необходима, – он впервые прямо заявил о том, о чем мы с Рафиком только догадки строили. – Чтоб и дальше земные сроки наматывать. Да и с позиции здравого страха за жизнь неплохо иметь себя в двух экземплярах. Я давно что-то подобное предполагал. Насчет смены себя. Вернее, замены носителя. Подготовить себе, типа, резерв. Перетащить в новое тело свой внутренний мир – неотъемлемый, имманентный, – запросто произнес он. – И тут про Муслюма в виде анекдота мне преподносят! Я носом повел. Осторожненько все выяснил. Однако дело беспрецедентное, насколько я понял в меру своей учености. Может непредвиденное произойти. Вот я и решил, что лучше этот процесс разбить на два этапа. Первым этапом пойдешь ты, вторым – я, а на пересылке встретимся. Из спортзала мы переместились на кухню, из кухни – в сад. — А что с тобой делать, да еще после этих всех откровений, – вот вопрос? – продолжал Витя, подтверждая наши с Рафиком худшие опасения. – Не оставлять же в живых, сам посуди! — А может, – забеспокоился я, – как-то иначе? Не обязательно убивать? — Не отменять же задуманное! Я уж и организм себе подобрал – атлетического телосложения. Это в царстве разума размер не имеет значения. Мы ж пока в другом царстве живем. Небезразлично, в какой форме хранить свое содержимое. — Может, я эмигрирую куда-нибудь? По-тихому… — Есть другой вариант. Будешь у меня в подвале гнить. Сожалея о своей несвежести. Что-то у них со Светкой чуть что – сразу в подвал! Ближе к обеду у Вити выработался некий план. Пока что в виде предположений. — Есть у меня корефан, Овир, – сказал он. – Ликвидировать его, что ли? А что? – продолжал он оживленно. – На меня не подумают: наши интересы не пересекаются. На тебя – тем более. Тем более, – повторил он, – что к тому времени, как они думать начнут, ты будешь совсем мертв. Об Овире я был наслышан. Без него в нашем городе ни одну визу на тот свет не выписывали. — Чем тебе Овир не угодил? – спросил я. — Да, в общем-то, угодил. — Тогда зачем? — Да так… Интересно, как жизнь после этого обернется. Я его понял: пресловутая охота к перемене участи даже на воле покоя нам не дает. — Сделаем из тебя мину: обложим взрывчаткой, подпустим поближе и взорвем. Будешь этот… хасид. То есть шахид, конечно. Ничем не рискуешь. Вернешься к своему обычному, нормальному состоянию – и все. |