Книга Предвестники Мельтиара, страница 106 – Влада Медведникова

— Не надо, Арца, – сказал Рэгиль. – Уже один раз…

Он замолк, но я знала, что он хочет сказать. Уже один раз я отправилась к врагам, не спросив Мельтиара.

Но я не могу спросить его сейчас. Он не позволит мне. И он сказал: «Мне тоже больно, Арца».

Я сделаю все, что в моих силах.

— Вы останетесь на связи. – Я прикоснулась к браслету на руке Рэгиля, и сигнальные огни мигнули, стали синими, прозрачно-голубыми и белыми. – Если будет опасность – придете мне на помощь, позовете Мельтиара.

Казалось, мой голос доносится издалека – он звучал так отстраненно и ровно, словно я говорила не про Лаэнара, словно обсуждала вылазку к врагам.

Словно верила, что Лаэнар действительно предал нас.

Амира и Рэгиль молчали так долго, что я решила: ответа не будет. Но потом Рэгиль кивнул и сказал:

— Хорошо.

Услышав мое имя, колодец раскрылся. Меня подхватил поток, небо качнулось. Я не опускала стекло шлема, и холодный ветер бил в лицо, мерцали узоры созвездий. Я видела свою звезду – она сияла высоко, указывала на север. Млечный Путь струился надо мной, звал лететь вдаль, позабыть обо всем.

Но подо мной чернел перевал, и я развернулась, крылья забились, унося меня от небесной реки, вниз, сквозь потоки, к Лаэнару.

Я видела его на горной тропе – он стоял с ружьем в руках, смотрел вверх. На меня.

Хвостовые перья щелкнули, закрылись, подошвы ботинок ударили о скалы. Крылья не дали ни оступиться, ни пошатнуться – и сложились, прижались к спине.

Лаэнар стоял совсем близко, но я не различала его лица, лишь неясные очертания в темноте. Слева тропа обрывалась, чернела пропастью, справа скалы вонзались в небо.

— Лаэнар, – сказала я. Мой голос по-прежнему был далеким и ровным.

— Арца, – ответил он и взял мою руку.

Слезы обожгли меня, и я зажмурилась на миг, удержала их. Они были теперь в каждом вдохе, горечью оставались в горле, затеняли мысли.

Даже сквозь перчатки я чувствовала, как заледенели пальцы Лаэнара. И ощущала, как пылает его душа – она открыта мне, открыта, как прежде. Движется стремительно, свивается в незнакомый вихрь: в нем страх, радость, непреклонность и тоска.

Я не заметила, как мы опустились на камни. Лаэнар положил ружье рядом с собой. Я вынула из браслета хрустальный шарик, спящую каплю звездного света. Она ожила в моих ладонях: сперва мерцала едва приметно, но становилась все ярче, пока не превратилась в ослепительную белую искру. Я положила ее на землю и взглянула на Лаэнара.

Белое сияние озаряло его, отражалось в темноте зрачков, серебряными отсветами скользило в волосах. Жизнь среди врагов не изменила его: он смотрел на меня как раньше, и прежняя уверенность, знакомый огонь были в каждом его движении, в каждом биении сердца.

— Почему? – спросила я.

Почему ты здесь, а не в городе? Почему так говорил с Мельтиаром? Почему остался с врагами, хотя был рожден, чтобы уничтожить их?

Почему ты предал нас?

— Ты не поймешь, – ответил Лаэнар. Он снова держал меня за руку, и я знала: он уверен в каждом слове. – Это нельзя понять, не выйдя отсюда.

Я смотрела, как серебристый свет мерцает, блуждает по его лицу.

Не выйдя отсюда? Но я лишь недавно вернулась в город, мы облетели весь мир, сражались в столице и на побережье, мы убивали врагов над морем.

Или он считает – чтобы понять, нужно жить среди врагов? Но тысячи скрытых жили среди них, и ни один скрытый не предал Мельтиара.