Книга Бессмертный, страница 19 – Татьяна Солодкова

Человек может взбеситься за сравнение с братом? Нет, не понимаю. Да я даже в пилоты пошла, чтобы походить на Ника.

— Познакомилась бы с Рикардо, поняла, — правильно истолковал собеседник мою реакцию.

Я покачала головой.

— Не думаю.

Мое отрицательное отношение к Тайлеру после этого разговора только укрепилось Как кто-то может отказаться от семьи, от родного брата?

Быстро доев и поблагодарив, я поскорее смылась из кухни, пока словоохотливый кок не начал нахваливать своего капитана по второму кругу.

* * *

Я не спеша шла по коридору, намереваясь, снова запереться в каюте. Мне нужно было подумать. Мое прежнее представление о лондорцах трещало по швам, и мне требовалось время, чтобы с этим примириться.

Больше всего поражало, с какой любовью кок отзывался о капитане. Зато стало понятно, почему тот спокойно устраивает свои порядки, наплевав на общепринятые устои — наверное, уверен, что старший брат прикроет. С другой стороны, что я знаю о Лондоре и его жителях, кроме того, что я их ненавижу? Может, для лондорцев семья вообще не имеет ценности?

Погрузившись в свои мысли, я вырулила из-за угла и не среагировала, когда чуть было с кем-то не столкнулась. Еле успела отпрыгнуть.

Помяни черта…

Тайлер тоже отступил от меня на шаг, как от чумной, сложил руки на груди и смерил с ног до головы критическим взглядом.

Я стойко выдержала осмотр, даже удержалась от того, чтобы не сжать кулаки, хотя мне очень этого хотелось.

Сам Тайлер успел преобразиться, надев, наконец, лондорскую форму с блестящими капитанскими нашивками. Должна признать, бортовой компьютер по пошиву одежды на «Прометее» работал так же идеально, как и все остальная техника — форма сидела на капитане как влитая.

Молчание затянулось.

— И что это значит? — недовольно спросил Тайлер, красноречиво посмотрев на мой наряд.

— Только то, что я сказала вчера, это форма моей планеты, и я не намерена ее менять.

— А это, — он ткнул пальцем себе куда-то в плечо, — форма корабля, на котором вы служите, и на этом корабле есть свои правила. Я сказал вам переодеться еще вчера. Лора говорит, вы не открыли ей дверь.

Вот же черт…

— Я спала, — глупая и очевидная ложь для нас обоих.

— Хорошо, — Тайлер неожиданно смягчился. — Зато сейчас вы не спите, — мне показалось, что последние слова он произнес прямо-таки с садистским наслаждением.

Захотелось провалиться сквозь землю, то есть, сквозь палубу. Вчера я покачала свои права, но не добилась никакого результата. Что делать сейчас? Это же прямое неподчинение приказу.

— Или мы сейчас вместе идем к Лоре, или вы отправляетесь в свою каюту, и чтобы больше я вас не видел, — в голосе столько властности, столько уверенности в своей правоте, что кулаки у меня все-таки сжались, ногти впились в ладони.

Он давал мне шанс сгладить этот конфликт, сделав вид, что принял отговорку про неожиданно сморивший меня вчера приступ сонливости. Если я продолжу отстаивать свою точку зрения, капитан вполне может запереть меня на все время полета, а потом еще и красноречиво описать мое поведение в докладе моему командованию, после чего мне не видать повышения, как своих ушей.

Ненавидя лондорцев, сколько себя помню, я даже подумать не могла, что могу ненавидеть так люто.

— Итак? — осведомился Тайлер. — Ваше решение?