Книга Счастливчик, страница 118 – Татьяна Солодкова

— Я буду, — подскакивает Гай. — Дай мне две.

— Объешься, — качает головой Изабелла, и Нина, повинуясь ей, подает мальчику всего одну булочку, смотрит на меня, улыбка превращается в застенчивую. Да что с ней?

— А ты будешь?

— Спасибо, — благодарю, отодвигая от себя тарелку с кашей, — но я уже наелся, — честное слово, не вру, я уже сыт по горло.

Нина выглядит расстроенной, но не настаивает, отходит от нас, и ее с выпечкой тут же зовут из-за соседнего стола.

Изабелла провожает взглядом тонкую фигурку Нины.

— Ты ее обидел, — говорит укоризненно.

Не успеваю ответить.

— Чем? — бесхитростно интересуется Гай, еще жующий свою добычу в виде булки.

— Прожуй сначала, потом говори, — шикает на него Изабелла.

— Действительно, чем? — делаю невинные глаза. Может, пусть она считает меня идиотом, и всем будет легче?

Изабелла дарит мне долгий взгляд, потом отмахивается, давая понять, что не желает сейчас это обсуждать.

* * *

Лифт со стенами, отделанными все тем же серым пластиком, натужно гудит и фыркает.

— Не бойся, он надежный, — говорит Изабелла.

— Я и не боюсь, — отзываюсь. Страха точно не испытываю.

Изабелла сдержала свое обещание и взяла меня с собой, чтобы посмотреть, как живется "рабочим".

Двери лифта разъезжаются, и мы оказываемся в подземном коридоре. Тут для укрепления сводов, наконец, использован не вездесущий пластик, а металл и бетон.

Шахта… Здесь мрачно и сыро, воздух спертый, но после пребывания под землей в течение нескольких минут перестаешь это замечать.

Осматриваюсь, чуть не спотыкаюсь об уходящие вдаль рельсы.

— Ими не пользуются, — Изабелла перехватывает мой взгляд. — Сейчас из этого шахтного ствола убрали грузоподъемный механизм и используют только для людей. — Это называется штрек, — продолжает она свой рассказ, знакомя меня с обстановкой, оборачивается, предвосхищая мой вопрос, — во всяком случае, мне в мой первый день здесь сказали называть этот коридор именно так, так что запомни. А сейчас мы идем к забою — непосредственному месту добычи.

— Я запомню, — обещаю. Мне бы еще не помешал доступ к какой-нибудь базе данных, чтобы почитать про шахты и их устройство. — Так ты отдашь мне мой коммуникатор? — напоминаю.

— А, точно, совсем забыла, — ни сколечко не верю. — Позже. Я же обещала.

Интересно, зачем тянуть? Не удивлюсь, если ее ребята сейчас заняты тем, что ставят в него "жучок", чтобы мамочка всегда могла знать, где находится ее неразумное чадо.

— Хорошо, — не спорю. — Я подожду.

— Вот и молодец, — улыбается Изабелла.

Дальше идем по коридору, названному штреком, в молчании.

Изабелла чувствует себя как рыба в воде, сразу видно, что прекрасно здесь ориентируется. Поворачиваем, снова шагаем вперед, здесь рельсы блестящие и явно не простаивающие.

— Смотри, — Изабелла вдруг останавливается и светит карманным фонариком себе под ноги. Тут на стенах светильники, но они дают слишком мало света из-за того, что расположены на большом расстоянии друг от друга. — Это и есть синерил, — поднимает и протягивает мне камень размером с теннисный мячик.

Беру и рассматриваю его на раскрытой ладони. Изабелла так заботлива, что даже подсвечивает мне фонариком.

Я не геммолог, и на мой взгляд профана в этом деле, камень похож на сапфир. Красивый, ярко-синий. Надо же, из такой красоты делают смертоносный наркотик.