Книга Счастливчик, страница 34 – Татьяна Солодкова

— Все отлично, — заверяю, — уже не болит.

Медик хмурится, даже откладывает вилку и недобро барабанит пальцами по поверхности стойки.

— А пластырь тебе кто разрешил снимать?

Развожу руками.

— Мне же надо было принять душ.

Взгляд у Маргарет по-прежнему недобрый.

— Душ? С утра? На "Ласточке"?

Ясно, значит, к утреннему собачьему холоду тут все привыкли.

Усмехаюсь.

— Что сказать — я люблю чистоту.

— А потом ко мне за жаропонижающими побежит, — ворчит Маргарет и возвращается к еде. — Хорошо хоть готовишь ты лучше, чем соображаешь. Зайди потом в медблок, обработаю рану еще раз. Не нравится мне покраснение.

— Есть, мэм, — шутливо отдаю честь и, смеясь, уворачиваюсь от летящего мне в лицо полотенца. Только выпрямляюсь, как вижу, что мы у стойки не одни. На меня сурово смотрит человек-гора. — Э-э… — убираю с лица дурацкие улыбочки. — Привет, Эд.

Мужчина внимательно разглядывает меня, изучает, оценивает. В прошлую нашу встречу я не вызвал у него особого интереса, что изменилось?

Эд по-прежнему молчит и смотрит на меня, едва ли не моргая.

— Будешь омлет? — ляпаю первое, что приходит в голову. — Я не рассчитал с порцией, тут еще на двоих хватит.

Эд мой вопрос игнорирует, так и стоит с противоположной стороны стойки и не сводит глаз. Это уже нервирует, честное слово.

— Это правда, что ты сломал Дилану нос? — наконец человек-гора разлепляет тонкие губы. Голос у него под стать внешнему виду — громоподобный.

Бросаю взгляд в сторону капитанского сына, но он сидит ко мне спиной. Что-то не похоже, что я что-то там ему сломал.

— Там нет перелома, — вмешивается Маргарет, опережая меня с ответом, — сильный ушиб, не более.

Дарю ей благодарную улыбку, поворачиваюсь обратно к Эду.

— Ну вот, — констатирую, — не сломал.

— Ты? — бровь мужчины скептически изгибается, и я всерьез начинаю опасаться, что у него проблемы со слухом. Сказано же: никто никому ничего не сломал.

Только пожимаю плечами. Ясно дело, о чем он думает: Дилан крупнее и тяжелее. Но если бы дело было только в весе, пришлось бы меня вчера отскребать от палубы. Эду ли не знать, что габариты не всегда играют решающую роль? Я видел, как двигается этот человек, как владеет своим телом. Вот с ним затевать драку было бы неразумно.

Эд все еще рассматривает меня. Точно с таким же взглядом мой дядя изучал в галерее картину, которую ему настоятельно рекомендовали приобрести, но она ему совершенно не нравилась. Так вроде бы я не предлагал человеку-горе мышц меня покупать.

— Пойдешь со мной на спарринг? — задает вопрос в лоб и внимательно следит за реакцией — не испугаюсь ли.

— Пойду, — соглашаюсь, не раздумывая. В конце концов, на "Ласточке" есть высококвалифицированный медик, если что, Маргарет меня откачает.

— Не боишься? — Эд прищуривается, вид у него становится довольный и… предвкушающий. Да, именно предвкушающий.

Вообще-то, всерьез опасаюсь. Но это может быть интересно. На крайний случай, пара новых переломов ничего не решит. Я никогда не отличался осторожностью, Морган иногда шутит, что к совершеннолетию у меня почти не осталось не ломанных костей.

— Не боюсь, — отвечаю, не колеблясь. Чего бояться-то? Ну, отлупит, такому противнику и проиграть не стыдно.

Эд удовлетворенно хмыкает.

— Тогда сегодня перед ужином, — назначает время и место: — в спортзале.