Книга Крылья, страница 9 – Татьяна Солодкова

Лукаво улыбаюсь, пожимаю плечом, плетусь к кофемашине.

— А куда мне торопиться? Без меня экзамен не начнут.

Я, как-никак, старший инструктор и глава приемной комиссии. Могу позволить себе выспаться. Впереди меня ждет недельный дурдом с туда-сюда мельтешащими и дрожащими от страха абитуриентами. Так что кофе не блажь, а жизненная необходимость.

Гай хихикает, будто я сказала веселую шутку.

Здорово, что у мальчика хорошее настроение в первый учебный день. В прошлом году школа далась ему нелегко. Насколько я поняла из вскользь брошенных Лаки фраз, были там и драки, и попытки запугивания и унижения. Но прямо мне никто ничего не рассказывал, а я не вмешивалась. Опекуном Гая является Лаки, а не я, и для него это очень важно и ответственно. Знаю только, что он сам несколько раз ходил в школу младшего брата… Значит, устаканилось. Хорошо.

Делаю себе кофе и бутерброд. Сажусь, откидываю со лба упавшие на него кудряшки. Подстричься, что ли?

У Гая пиликает коммуникатор на запястье. Он аккуратно вытирает губы салфеткой и встает.

— За мной Дерек приехал.

Дерек – это уже его телохранитель. Учитывая, сколько покушений было совершено на Лаки в прежние годы, с Гаем рисковать не стали и сразу же с момента его появления на Лондоре обеспечили личной охраной. Жаль, что телохранитель может защитить от бандитов, а не от жестоких сверстников.

Киваю с улыбкой.

— Беги. Хорошего дня.

Мальчик закидывает школьный рюкзак себе на плечи, делает шаг в сторону выхода, а потом вдруг разворачивается и порывисто обнимает меня.

— Спасибо, Миранда, – выдает. - Ты лучшая.

Улыбка на моих губах каменеет. Слава богу, что в этот момент Γай не смотрит в мое лицо. Похлопываю его по спине, а потом торопливо прячусь за чашкой с кофе и за волосами. Мне больше не хочется стричься: копна моих непослушных кудрей – идеальная ширма.

Но мальчик не замечает, какой эффект произвели на меня его поступок и слова, бодро спешит к двери и уже через секунду покидает дом.

Выдыхаю, толькo когда щелкает дверной замок. Отставляю чашку с дымящимся кофе и опускаю лоб на руки.

Если Гай однажды узнает, кто именно снес своим выстрелом голову его матери, это будет катастрофой…

***

Вожу я резко и быстро. Все охранники, которыми пытался наградить меня Рикардо (дядюшка Лаки, по совместительству великий и ужасный бывший президент Лондора, ныне – не менее пугающий окружающих премьер-министр), поувольнялись, заявив, что готовы прикрыть объект наблюдения грудью в случае опасности, но не собираются умирать из-за его, то есть моей, манеры вождения. Трусишки, я первоклассный пилот.

Мой флайер с ревом идет на снижение на посадочную площадку возле ЛЛА, заставив зазевавшихся абитуриентов кинуться врассыпную. А чего они хотели? Вся площадка вдоль и поперек утыкана знаками, на которых черным по белому, вернее, белым по красному написано, что за ограждение заходить не рекомендуется из-за посадки транспортных средств.

Глушу двигатель и выбираюсь наружу. Будущие новобранцы, так и не отошедшие на достаточное расстояние, глядят на меня, поразевав рты. Будь прокляты СМИ, сделавшие из меня публичное лицо. Мне теперь даже нет необходимости представляться – Миранду Морган знают все.

Дарю сбившейся в группку молодежи в неприятно бежевой форме абитуриентов устрашающую (как надеюсь) улыбку и быстро поднимаюсь по ступеням крыльца Академии. Знаю, что мою спину сверлят десятки взглядов. Не оборачиваюсь. Ни к чему это.