Книга Синий туман, страница 4 – Татьяна Солодкова

— Девушка! — шипит на меня седовласая женщина, которой я случайно заезжаю локтем в бок — рука-то с коммуникатором приподнята, чтобы поймать картинку.

— Простите, — шепчу, по-идиотски улыбаясь и прокладывая себе путь вперед. — Ой… И вы простите…

Вид у меня сейчас, должно быть, тот еще. Девушка полтора метра ростом, в порванных на коленке колготках (это я каблуком зацепила, когда разувалась), прижимающая к груди туфли с гигантскими каблуками и ведущая запись происходящего на свой комм. Подозреваю, выражение лица у меня тоже соответствует образу — адреналин, азарт.

Дайте мне сенсацию, я в ней очень нуждаюсь!

Я не ошиблась: это захват заложника. Какой-то верзила держит в сгибе локтя горло девочки-подростка (морщу нос: ребенка — вот гад) и вжимает ей в висок явно запрещенный законом ствол. Ни черта отсюда не вижу — кажется, это плазматический пистолет. Трижды гад. Зато ясно, чем так воняет — предупреждающий выстрел был сделан в потолок, и плазма оплавила обшивку.

Моя камера выхватывает лежащую чуть в отдалении женщину. Крови нет, подпалин тоже. Похоже, это она голосила и… что? Бухнулась в обморок? Или бандит, как и я, чуть не оглох и стукнул ее, чтобы помолчала. Что более вероятно. Дышит ровно — живая, и на том спасибо.

Однако я отвлеклась. Ей поможет «скорая», женщина без сознания мне сенсацию и новую награду не принесет. А вот тип со зверской рожей, держащий девочку, и его помощник, спрятавшийся у него за плечом, — очень даже может быть.

Оба мужчины одеты в комбинезоны без каких-либо опознавательных знаков. У нас на канале такие носят уборщики, только у них они цвета детской неожиданности, а у этих черные. Тот, кто наставил пушку на девочку, крупный, перекачанный даже, шея бычья, глаза навыкат, челюсть квадратная — хоть сейчас бери на роль в какой-нибудь криминальный фильм. Впрочем, он и есть криминальный элемент. Классический такой, как по учебнику.

А вот второй на бандита не похож. Молодой, лет двадцать пять, максимум тридцать. Среднего роста, спортивный, подтянутый, жилистый, форма на нем сидит как влитая.

Чуть веду рукой в сторону, меняя угол обзора камеры. Да, симпатичный у криминального элемента сообщник — вид в профиль просто великолепен: такими ягодицами можно любоваться вечно.

И на лицо очень даже: темноволосый и темноглазый, то ли загорелый, то ли смуглый от природы, впалые щеки с четко очерченными скулами покрыты темной по меньшей мере трехдневной щетиной. Запоминающийся мальчик, яркий, и если первого можно смело брать в криминальную драму, то этого в пор… В историю любви, я хотела сказать. Даже жаль, что преступник.

Эй, копы, где вы?

Кручу головой по сторонам, но полиции поблизости не наблюдается. Переговоры ведет сотрудник службы безопасности космопорта, предлагает отпустить ребенка. Бугай с бычьей шеей тычет стволом в детскую голову и, брызгая слюной, велит дать ему катер и выпустить. Ясно, сообщники подберут его на орбите.

Парень же с красивым… хм… профилем молчит, топчется за плечом этого орангутанга, сжав губы в прямую линию; выражение лица напряженное. Похоже, он тут ничего не решает.

— Немедленно! Или я ее пристрелю! — кричит бугай.

— Сейчас приедет полиция! — парирует местный страж порядка. — Ваше судно уже арестовано. Вам некуда лететь. Я не могу вас выпустить. Сдавайтесь!