Книга Пароль: рододендрон, страница 76 – Татьяна Солодкова

— Это тебя не касается, — твердо ответила я, намереваясь встать.

— Погоди, — Лиза резко пошла на попятные. — Я не затем тебя позвала, чтобы ссориться.

Я остановилась.

— Тогда зачем?

— Кем бы он там себя не считал, что бы ни делал, Валентин ясно дал мне понять, что не успокоится и брата в покое не оставит, пока не получит булавку.

В этот момент официантка принесла поднос с двумя кружками и чайником.

— Угощайся, — предложила мне Лиза, подвигая чашку ближе.

— Не хочу.

— Да ладно, — он усмехнулась. — Неужели ты думаешь, я тебя отравлю? В общественном месте?

На самом деле, про отраву я не думала, просто не хотела с ней делать ничего вместе, ни больше разговаривать, ни, тем более, чаи гонять.

— Чего же ты хочешь от меня? — спросила я напрямик. — Теперь вы с Валентином решили подкупить меня?

— Не драматизируй, — попросила Лиза, попробовав свой чай. — М-м, — похвалила она, — жасминовый, попробуй, — в ответ я только покачала головой. — Ладно, как хочешь... А что касается, чего хочу. В идеале: хочу быть с Лешкой, — сказала она прямо, — не в идеале: хочу, чтобы он был жив и здоров, пусть и не со мной.

Я напряженно вглядывалась в ее лицо. Нет, не врет, совершенно точно не врет. Она его любит, действительно, любит. Своей эгоистичной неправильной любовью, в которой он не нуждается.

— И зачем тебе понадобилась я? Чтобы оставила его в покое и уступила тебе место? — я хмыкнула: — Или, может быть, замолвить за тебя словечко?

Лиза скривилась.

— Ты у него научилась так все переиначивать?

— Нет, — заверила я, — это мое природное свойство.

Лиза помолчала. Я прямо-таки видела, как она усилием воли прячет во взгляде злость и обиду и натягивает фальшивую улыбку.

— Я хочу, чтобы ты поговорила с ним, — сказала она, наконец, полностью совладав с эмоциями. — Попроси вернуть булавку Валентину.

— С чего ты взяла, что он меня послушает?

— Послушает, — кажется, Лиза в этом ни на мгновение не сомневалась. — Я уверена, скажи ты, что тебе страшно, что ты хочешь спокойной жизни, он тебя послушает.

Я покачала головой. Нелепая мысль. Чтобы я пришла к Алексу и попросила его предать свои идеалы ради моей спокойной жизни? Это же ничем не лучше, чем предать его за деньги, как это сделала женушка, которую он любил, которой доверял.

— Я никогда этого не сделаю, — отказалась я наотрез.

— Тебе, что, плевать, что с ним будет? — теперь уже Лиза убрала с лица все улыбки. — Я думала, ты тоже за него волнуешься.

— Нельзя посадить кого-то на цепь только потому, что боишься оставлять его без присмотра.

— Любовь — это забота.

Вот теперь улыбки не сдержала я. Правда, вышла она невеселой.

— Нет, Лиза, любовь — это, прежде всего, уважение.

Сказав это, я решительно встала. Мне больше не о чем было разговаривать с этой женщиной.

Когда уже подошла к двери, обернулась. Лиза смотрела мне вслед с лютой ненавистью во взгляде, но преследовать не попыталась, к телефону, чтобы вызвать Валентина, не потянулась. Только смотрела взглядом-обещанием, что это еще не конец.

* * *

До отеля добиралась окружными путями, все время оборачивалась и смотрела по сторонам в поисках погони. Но за мной никто не шел и не следил. Да и взгляд, которым Лиза одарила меня на прощание, ясно говорил, что это не конец, но свою месть она будет подавать холодной.