Книга Дорога домой или Цена престола, страница 49 – Татьяна Солодкова

Тельма была мудрой женщиной, и не стала выспрашивать подробности.

— Проходите в дом, ужин готов, — пригласила она, окинув взглядом новых гостей, — устали, небось, с дороги.

Гэбриэл посторонился, пропуская, Эрилин и Джофа. Принцесса шла с опущенными плечами, смотря под ноги. С тех пор, как они покинули двор Сэма, она не произнесла ни слова и так и не подняла глаз. В отличие от Генти, она не пыталась оправдаться, и, кажется, очень серьезно отнеслать с их общей с Джофом ошибке.

Они вошли в дом, а Гэбриэл задержался с Тельмой на крыльце. Он больше не улыбался.

Старушка, не понимая причины заминки, уставилась на него.

— В деревни голод, — серьезно сказал Гэбриэл.

— Вы меня не объедите, — заверила Тельма. — Я живу одна, мне некого кормить, я не голодаю.

Впалые щеки и тонкие руки с полупрозрачной кожей говорили об обратном. Но женщина не жаловалась, не просила помощи, а наоборот, готова была делиться последним. На сердце стало теплее от осознания, что на свете еще остались такие люди.

— Я оставлю вам денег, и вы сможете купить себе еды у односельчан, — пообещал Гэбриэл.

— Ну что ты! — в глазах старушки появился испуг. — Ты молодой, тебе самому нужны деньги.

Но Гэбриэл решительно вложил в ее трясущуюся ладонь, не считая, горсть серебряных монет.

— Я молодой, и я еще заработаю.

Глаза старушки округлились.

— Но на это можно жить весь год!

Она была права, для маленькой деревеньки, сумма была внушительной. Но женщина нуждалась в них. Она была стара и одинока, некому было помочь ей с огородом, она жила лишь на те крохи, которые сумела вырастить сама. А придет зима, и скудные запасы истощатся гораздо раньше, чем наступит весна.

— Этого все равно мало, чтобы выразить мою благодарность, — сказал Гэбриэл.

Поняв, что Гэбриэл не шутит и не собирается забирать деньги назад, старушка с видимой неохотой убрала монеты в карман.

— Улыбнись, серьезность тебе не идет, — сказала она и легко толкнула его в спину. — Ну, проходи уж, проходи.

Джоф уминал угощение за обе щеки. Эрилин почти не ела, смотрела только в свою тарелку, время от времени набирала полную ложку, а потом снова выливала. Что уж говорить, еда была не королевской, но вполне съедобной, а самое главное от чистого сердца.

— Ешь, — шепнул ей Гэбриэл, — обидишь хозяйку.

Эрилин посмотрела на него из-под опущенных бровей, но так ничего и не сказала.

Он оказался прав, Тельма заметила странное поведение гостьи.

— Не вкусно, милая?

Эрилин покраснела.

— Что вы, очень вкусно, просто я устала, совсем нет аппетита.

— Тогда, может быть, тебе прилечь? — засуетилась старушка, оставив свою тарелку. — Я сейчас тебе постелю.

— Не стоит беспокоиться, — смущенно пробормотала Эрилин, но хозяйка уже скрылась в соседней комнате.

Гэбриэл хотел уже было высказаться по поводу ее неподобающего поведения, но его перебил Джоф.

— А, по-моему, очень вкусно! Просто объедение! После трех дней голодовки, я бы съел целый котелок!

Гэбриэл отвернулся от принцессы, что ж, пусть ведет себя, как ей заблагорассудится, он ей не воспитатель. Хотел помочь, и вот тебе, свалились, как снег на голову. Как говорится, бойся своих желаний...

— Расскажи Тельме, как тебе понравилось, — сказал он Джофу, — ей будет приятно.

— Обязательно, — пообещал парнишка, собирая по тарелке последние капли. — Вот это объедение, — он сыто отвалился назад, похлопывая по животу и осматриваясь. — Ты родом отсюда? Тельма приняла тебя как родного. Ты ее родственник? И этот... — Джоф поежился, произнося имя крестьянина, — Сэм, казалось, искренне рад тебя видеть.