Онлайн книга «Забракованные»
|
— Эта дрянь жаловалась на меня в СБ! — скатившись с нее и встав на ноги, вкратце обрисовал отцу суть дела Эйдан. — Обвиняет в изнасиловании! Идиотка! Кашляя и держась за горло, Амелия сползла с дивана, оставшись на ковре на коленях, опираясь о мягкое сиденье плечом. Ее била крупная дрожь. В комнате вдруг повисла страшная, гнетущая тишина. Должно быть, старший лорд Бриверивз был шокирован словами сына. Однако, когда Мэл нашла в себе силы поднять голову, то она встретилась с полным ярости взглядом, направленным не на Эйдана, а на нее. — Тупая курица, — бросил тот, шагнув ближе. Амелия втянула голову в плечи, ожидая удара, но Корелл Бриверивз остановился, не дойдя до нее нескольких шагов. Обратился к сыну: — Я думаю, мне не нужно объяснять тебе, что это не должно повториться. Ты муж, и твоя задача — вбить в голову жены хотя бы немного мозгов. Вбить… — Не беспокойся, я ее проучу, — серьезно пообещал Эйдан и, больно сдавив пальцами ее предплечье, вздернул Амелию на ноги. — Пошла, я сказал! — Толкнул к лестнице. — И помни, что ждет твоего папашу, если хоть пикнешь! Настоящее время Монтегрейн-Парк Во сне Эйдан снова привязывал ее к кровати. Она билась в его руках, превратившихся в когтистые лапы, а он смеялся, снова и снова до крови полосуя ими ее тело. Проснулась Амелия сразу по двум причинам: от своего истошного крика и от настойчивого стука в выходящую в коридор дверь. Вскочила, рывком сев на кровати, словно ее ошпарили, и судорожно дыша. Ночная сорочка пропиталась холодным потом и неприятно холодила кожу, волосы липли к вискам. Мэл бросила взгляд на окно. Сквозь светлые шторы пробивались лучи восходящего солнца — только рассвет. Однако, несмотря на ранее утро, настойчивый стук в дверь повторился. Какой стыд, должно быть, она перебудила весь дом. Амелия шумно выдохнула, проведя ладонью по влажному лицу. Кожа была холодной и липкой. Повернула руки ладонями вверх — шрамы на запястьях покраснели и вздулись. Видимо, она растерла их во сне, пытаясь снять несуществующие путы. Как долго Эйдан будет продолжать мучить ее даже после своей смерти?.. И снова стук. «Да уходите же!» Однако выкрикнула Мэл это только в мыслях. Это не ее дом, и хозяйка она здесь лишь номинально. Что только доказывалось донесшимся через двери голосом истинного хозяина поместья: — Если вы сейчас же не откроете, я выломаю дверь! После пережитого кошмара сердце все еще бешено колотилось в груди. А фраза Монтегрейна вызвала не вполне адекватную реакцию — Амелия рассмеялась. Сдавленно, давясь собственным смехом. Выломает он, как же, с его-то ногой… — Амелия! Кое-как взяв в себя в руки, Мэл поднялась с постели, всунула ступни в пушистые домашние тапочки, которые использовала, только чтобы дойти из ванной до постели, и накинула на плечи халат, туго завязала длинный пояс на талии. Проходя мимо, бросила взгляд в зеркало, ужаснулась и подхватила оставленное с вечера на спинке стула полотенце — завернула влажные волосы. Пусть думают, что она принимала ванну, поэтому так долго не открывала. Это лучше, чем продемонстрировать слипшиеся от холодного пота грязные волосы. — Амелия! Стук повторился вновь, когда она была уже во второй, примыкающей к спальне, комнате. Стукнула задвижкой и распахнула дверь. |