Книга Забракованные, страница 220 – Татьяна Солодкова

Амелия прикусила губу. В том, что она, как Грерогер, видит ауры не совсем такими, как другие, ей стало ясно давно. И сейчас, смотря на место ранения, Мэл видела волны и колебания ауры с едва заметными, тусклые всполохами красного. Судя по всему, Луиса видела это как-то иначе.

— Вот тут была дыра, а теперь нет, — подтверждая подозрения Мэл, она ткнула пальцем прямо в колено брата.

— Давай хотя бы без рук, — усмехнулся тот.

В ответ на что леди Боулер и вовсе распахнула рот от удивления.

— Нет, вы видели? Он смеется. А раньше его скручивало от любого прикосновения!

— Так ты меня специально тычешь?! — возмутился брат.

— Конечно! — воинственно уперла руки в бока сестра.

— Лу-у…

— Рэ-э-эйм…

Похоже, эта перепалка могла длиться вечность. Амелия взяла стакан со свежевыжатым морковным соком, сделала глоток, а затем, спрятавшись за ободком стакана, приготовилась к длительному представлению. Заметила, что Дрейден с не сходящей с лица улыбкой тоже уселся поудобнее, чуть сползя по спинке стула вниз и сложив руки на груди, так же с интересом наблюдал за общением брата и сестры Монтегрейнов.

— Почему ты мне не сказал, что выздоравливаешь?!

— Потому что я ещё не выздоровел.

— Я слезы по нему лью, а он не делится счастливыми новостями!

— А вот и не надо по мне рыдать, я еще не умер!

— Не умер он! Чуть не умер уже!

— Лу!

— Рэйм!

Дрейден, хихикая, подался вперед, положил один локоть на стол, а вторую руку поднес ребром ладони к губам, как бы отгородившись от спорящих.

— Они могут так вечно, — заговорщически сообщил Амелии.

Мэл серьезно кивнула.

— Я уже поняла.

И инстинктивно вздрогнула, когда пролетевший в опасной близости от головы ее мужа пустой бокал с грохотом разбился о стену. Монтегрейн чудом увернулся. Какая все-таки Луиса темпераментная женщина…

— А это не слишком? — прошептала Амелия, тоже подавшись ближе к Дрейдену.

— Не-а, — доверительно поделился он. — Леди Боулер никогда не промахивается. Так что это так, невинные игры.

Мэл прыснула. Как, оказывается, «весело» иметь братьев и сестер.

— Мое сердце разбито! — простонала Луиса, драматично прижимая внешнюю сторону ладони ко лбу.

— Хорошо, что не моя голова! — не остался в долгу Монтегрейн.

Уже не думая о манерах, Амелия, подобно Дрейдену, уперла локоть в столешницу и подперла ладонью щеку. В конце концов, она очень давно не бывала в театре — когда ещё ей удастся посмотреть подобное представление?

* * *

Когда она вошла в комнату супруга, тот стоял, наклонившись к зеркалу и, видимо, пытался рассмотреть отросшие темные волосы, с которых и начался вечерний скандал. Правда, закончившийся извинениями Луисы и крепкими объятиями примирившихся брата и сестры.

— Ну что? — полюбопытствовала Мэл, скрестив руки на груди и с улыбкой наблюдая за мужчиной, пытавшимся заглянуть туда, куда взгляд явно не дотягивался.

— Посмотри сама. — Он шагнул к ней, склонив голову.

Подошел близко, так, что Амелия еле поборола желание отступить — рефлексы, въевшиеся под кожу, несмотря на то что она прекрасно понимала, что в данный момент никакой опасности нет.

Осталась на месте.

Луиса не ошиблась: у корней волосы действительно были темными, а на фоне остальных, поседевших раньше своего срока, и вовсе казались угольно-черными. Нечто похожее Амелия уже видела раньше — у брюнеток, химически осветляющих волосы и не успевающих вовремя обновлять цвет.