Книга Перворожденный, страница 106 – Татьяна Солодкова

Эрик улыбнулся.

— Теперь вы понимаете, почему я готов позволить ему тянуть время, а не требую немедленно его взломать?

— Но вы все еще рассматриваете эту возможность? — Катрина едва не выкрикнула это обвинением, в последний момент смягчила голос и придала фразе вопросительную интонацию.

Одно она знала точно: если король все-таки решится, ему придется искать другого менталиста. Хотя, узнав больше о способностях узника, Катрина подозревала, что взлом такого мощного мага окажется не под силу никому.

Эрик вновь помрачнел.

— Я прежде всего король, — сказал твердо. — И я собираюсь ждать так долго, как только смогу, но, если Нэйт так и не расскажет, что произошло, у меня не будет выбора. У меня под арестом по обвинению в измене два десятка представителей знатных семейств, их родственники требуют ответов об их дальнейшей судьбе, но я не могу их дать. Казнить? Изгнать? Лишить титулов? Укрыв зачинщика заговора, я спровоцирую в стране волнения. Отпустить изменников я тоже не могу.

Катрина понимающе кивнула. Королю и его моральной дилемме не позавидуешь.

— Ваше величество, — сказала с чувством, — я искренне верю, что он покажет мне все, что на самом деле произошло.

— Я тоже, — вздохнул Эрик и вновь спрятал едва выбравшиеся из-под маски настоящие эмоции. — Скоро праздник, — улыбнулся, — Эрика обещала одолжить вам свою личную портниху. Сестра вами просто очарована.

Катрина подарила ему не менее фальшивую, чем его собственная, улыбку в ответ.

— Ее высочество очень добра.

Катрина ни на миг не сомневалась, что не планируй Эрика вызнать через нее сведения о Нэйтане, ни о каком «очаровании» и речи бы не было.

* * *

— Привет, — поздоровалась она первой.

— Привет, — эхом отозвался Нэйтан, ухмыльнувшись. Встал с койки, оправил плащ и подошел к решетке. — Я смотрю, наши беседы идут тебе на пользу. Ты выучила такое простое слово, как «привет». Никаких вам «рада приветствовать», «премного благодарна», «имею честь»…

Катрина рассмеялась.

— «Имею честь» я не говорила.

— И правда, — покладисто согласился узник. — Значит, это другая, вечно я вас, женщин, путаю.

Она хмыкнула, устраиваясь на матрасе.

— О, разумеется. У тебя так много посетительниц, всех и не упомнишь.

Расправила юбку, поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Ну что? — Подняла голову, встретилась с каре-зелеными глазами. — Продолжаем?

Нэйт мученически скривился.

— Снова ты не хочешь со мной беседовать не по теме.

Катрина не стала говорить о великой цели, приказе короля и ограничении во времени — все это было бы ложью. Тянуло ее сюда не это.

— Мне правда очень интересно, что было дальше, — призналась.

— Любопытство — смертный грех.

Как же.

— В какой это религии? — возмутилась она. — Уж точно не в нашей.

— Ладно, — сдался Нэйтан, — но стоило бы внести его в список.

— Что ж не протолкнул реформу, пока имел место при дворе? — издевательски поинтересовалась Катрина.

На подкорках сознания ее воспитанная часть завопила от ужаса от того, ЧТО и КОМУ она говорит. Еще месяц назад Катрина скорее откусила бы себе язык, чем произнесла нечто подобное.

Но собеседник, ожидаемо, и не думал обижаться.

Нэйт потер затылок.

— Да как-то замотался, не успел, — развел руками.

При этом жесте сверкнул антимагический камень в браслете. Веселье погасло. Как бы ей ни хотелось забыть о долге перед королем и заговоре, они никуда не делись.