Книга Перворожденный, страница 193 – Татьяна Солодкова

На улице было тепло по-весеннему. Таял снег, по каменным дорожкам текли настоящие реки. Сначала Катрина пыталась приподнять юбку, чтобы она не намокла, но вскоре поняла тщетность этой затеи и махнула рукой. Главное — не забыть переодеться перед походом в подземелье: оказаться в вечном холоде нижних этажей в мокром не сулило здоровью ничего хорошего.

Эрик Финистер уже ждал ее. Стоял у белой статуи, изображавшей обнаженную женщину, воздевшую к небу руки. Свои собственные руки король сцепил за спиной. На губах — доброжелательная улыбка.

— Доброе утро, леди Морено, — поприветствовал он. — Надеюсь, я не доставил вам неудобства? Погода прекрасная, и мне захотелось пройтись.

— Что вы, — улыбнулась Катрина в ответ. — У меня полно обуви и платьев, стоит ли их беречь?

Брови Эрика взлетели едва ли не к волосам. Еще бы, по правилам этикета ей следовало бы заверить его, что все в порядке и она счастлива разделить с ним прогулку… по щиколотку в воде.

А потом король рассмеялся.

— Признаюсь, мне не хватает искренности людей в этих мрачных стенах, — сказал он, отсмеявшись, и подставил спутнице локоть, — обещаю, мы недолго.

— Я не спешу, — заверила Катрина, — платье уже испорчено.

Они двинулись по одной из дорожек. Как бы ни старались слуги очистить снег, он все равно стекал по неровной поверхности сада, и вода была повсюду.

Катрина держала ладонь на сгибе локтя его величества и думала, что должна бы испытывать больше эмоций по этому поводу.

— Три дня до бала, — первым нарушил молчание король.

— Я помню, ваше величество. Нэйтан показывает мне гораздо больше и быстрее, чем раньше. Мы спешим.

— На самом деле, я хотел бы перед вами извиниться, — огорошил ее Эрик. Катрина удивленно вскинула глаза. — Да-да, не смотрите так. Я чересчур на вас давил. Даже угрожал. Это было лишним. Если не успеете до бала, продолжите позже.

У Катрины отлегло от сердца. И вовсе не потому, что у них еще было время.

— Вы ни за что не казните Нэйтана, — прошептала она.

— Знаете… — начал Эрик. — Могу я быть с вами откровенным? — И ответил себе сам, Катрина даже не успела среагировать: — Конечно, могу. Как я понимаю, вам уже и так известно обо мне непозволительно много. Знаете, все это время я рассматривал улики против Нэйта, разговаривал со свидетелями, в один голос обвиняющими его в измене. И я пытался убедить себя в том, что он меня предал, что заслуживает наказания, как любой подданный Аренора, совершивший нечто подобное. И знаете, что?

— Что? — пробормотала Катрина только потому, что от нее ждали какой-то реакции.

— Не могу, я все еще ему верю.

Катрина поняла, что идет и улыбается.

— Почему вы говорили, что, возможно, мне понадобится взломать его? — спросила то, что давно не давало ей покоя. — Вы же знали, что я не смогу. Никто не сможет. Я видела собственными глазами, как это пытались сделать десять инквизиторов, и у них ничего не вышло.

— Вы сильнее, — уверенно ответил король.

— Вы мне льстите.

— Нэйт постоянно составлял списки самых сильных магов королевства, — охотно пояснил Эрик. — В списке менталистов вы самая одаренная после него самого. Вы могли бы попытаться.

Катрина решилась.

— Ваше величество, вы должны знать. Я не стану этого делать, даже если вы передумаете насчет Нэйтана.

Потому что, если у нее вдруг каким-то самым невероятным образом получится, она этого не переживет.