Книга Верная гончая, страница 24 – Анастасия Королева

Домой, почему-то именно домом мне хотелось считать жилплощадь Ранделла, мы вернулись в темноте. Жёлтые огни глаз двуглавых монстров хоть и смотрелись жутко, но уже не пугали меня. Мой мозг просто устал бояться и переваривать новую информацию, а если учесть, что он в собачьей голове гораздо меньше, то.

В узком коридоре нас встретил Иниго. Он принял из рук хозяина пиджак и почтительно поклонился:

— Ваша светлость, ужин накрыть в малой столовой?

Ранделл устало покачал головой и, отцепив от ошейника поводок, приказал:

— Принесите в комнату!

Толстяк вновь поклонился и скрылся за одной из дверей.

— Пошли, – ласково обратился ко мне и кивнул на лестницу.

Дважды просить себя не заставила, воспользовалась приглашением и прошмыгнула вперёд, ловко перепрыгивая сразу через три ступени. Координация меня больше не подводила, и я к собственному ужасу осознала, что гибкое тело, острый слух и ещё несколько собачьих возможностей мне очень даже нравятся.

Что называется, докатились!

В комнате было темно, но и это для меня не оказалось проблемой. Я отлично различала предметы в темноте, разве только точный цвет определить не смогла бы. Ранделл вошёл следом за мной и тихо щёлкнул пальцами, спальня тут же озарилась несколькими яркими огоньками, расположенными на четырех стенах под самым потолком.

— Устал, – обречённо признался хозяин и тяжело опустился в кресло.

То ли от того, что он относился ко мне по-человечески и искренне переживал, то ли собачья сущность вновь взяла надо мной верх, но я подошла к нему и положила голову на колени.

Хозяин едва слышно усмехнулся:

— Никогда не думал, что домашние питомцы бывают такими, – не понятно чему удивился он, и я посмотрела на него вопросительно.

Ранделл мягко улыбнулся и провел рукой между моих ушей:

— Чуткими, – пояснил он. – Я всего лишь сказал, что устал, а ты тут же решила выразить поддержку.

От неожиданности таких выводов чуть не начала смеяться, благо вспомнила, что в собачьей шкуре смех будет выглядеть несколько специфически. Это, скорее, мне нужна его поддержка, а не наоборот, вот я и тянусь к тому, кто не отталкивает и опыты странные не проводит.

Мои мысли он естественно не прочёл, а потому прикрыл глаза и облокотился на спинку кресла.

Я тоже хочу. Ножки вытянуть, в кресле посидеть, или вовсе на кровати поваляться. И вообще, мне холодно, камин потух, а за окном опустилась ночь, и в комнате стало довольно свежо! Не зная, как донести до хозяина свою мысль, вздрогнула всем телом и жалобно посмотрела на расслабленное лицо. Он на мой немой призыв не отреагировал вообще никак. Вздрогнула сильнее и выговорила что-то вроде несчастного «ау», но Ранделл глаза так и не отрыл, только уголки губ чуть приподнялись.

Так он надо мной издевается?!

И в подтверждение моей догадки хозяин тихо произнес:

— Я ненароком подумал, меня пожалеть хотела, а ты выпрашиваешь, чтобы тебя погрели!

«А чего тебя жалеть?!» – хотела возмутиться, да только рассерженно засопела.

— Пошли, – со смешком выдал мужчина и встал на ноги.

Не знаю, как там положено у аристократов, а то, что Ранделл относится именно к ним, сомневаться не стоит, но разжигать камин явно в его обычные обязанности никак не входит. А он мало того, что опустился на колени перед каменным жерлом потребителя древесины, так ещё и не обращая внимания на взметнувшийся вверх пепел, закинул в камин несколько поленьев.