Книга Верная гончая, страница 32 – Анастасия Королева

Нир пожал плечами и тут же серьёзно произнес:

— Тодд пропал!

Всего пара слов, а сколько этим было сказано. Советник сжал руки в кулаки и со злостью пнул ножку массивного стула, раздался грохот, и предмет мебели отлетел к противоположной стене. Гость наблюдал за вспышкой злости с деланным равнодушием, потому что сам стулом он вряд ли бы ограничился.

— Давно? – спустя мгновение совершенно спокойным голосом спросил Ранделл.

Умение за считанные секунды возвращать самообладание не раз выручало его в, казалось бы, безвыходном положении.

Чейз поморщился и устало прикрыл глаза:

— Тут ничего сказать не могу. В оговоренное время он не вышел на связь, а спустя полчаса я уже поднял всё управление, но концов мы так и не нашли.

Ранделл выдохнул сквозь зубы и раздражённо переспросил:

— Значит, он мог попасть как за несколько минут до встречи, так и за сутки до неё?

Тодд или Лис, как его величали в определенных кругах, был «своим», правда несколько в одностороннем порядке. Нет, он не предавал воровскую братию, по его наводке не накрывали притоны и чёрные рынки, он лишь исправно сливал информацию о членах высшего общества, если кто-то из них появлялся в его владениях. И зачастую эта информация предотвращала нешуточные неприятности как короне, там и приближённым к ней подданным. А теперь получается, что на этом фронте они остались слепы, именно в тот момент, когда покушения на его величество возобновились.

— Значит, – обречённо согласился Чейз, так и не открывая глаз.

Мужчина злился на себя, что не обратил внимания на странное поведение Лиса, на его чуть подрагивающий голос, приняв отговорку о простуде за правду. И что в итоге? В итоге самый ценный доносчик для управления мёртв, Чейз был уверен, что мёртв.

В гостиной повисла тишина, напряжённая, зловещая.

— У тебя появился питомец? – разрушая безмолвную стену, первым заговорил он.

Ранделл опустился в кресло рядом с гостем и утвердительно кивнул:

— Да, – говорить про Ташу ему почему-то не хотелось, да и как рассказать о том, что из самого советника его величества, вьёт верёвки четвероногое чудо?

Правильно, в таком ему признаваться не стоит.

— Гончая? – продолжил расспрос Чейз, подталкивая мысли друга в нужном направлении.

И стоило ему упомянуть о породе, как Ранделл вскочил со своего места:

— Его запах есть? – требовательно протянул руку, второй быстро поправляя рубашку.

— Перчатка, – усмехнулся гость и отдал советнику кожаное изделие.

Он не стал вдаваться в подробности, откуда у него взялась эта милая вещица, вряд ли к делу это имеет хоть какое-то отношение, но, несомненно, польза от его геройства есть.

Ранделл, оставив гостя мучиться в ожидании, вышел из комнаты и, взбежав по лестнице, ворвался в комнату, чтобы узреть незабываемую картину. Собака, натянув одеялом до самых ушей, продолжила безмятежно спать, не испугали её ни обещание хозяина о скорой расправе и мнимом наказании. Просто невероятная наглость, но.

Советник, привыкший к одиночеству, когда близкое общение – недостижимая роскошь, почувствовал в этом вредном создании родственную душу. А потому на выходки Таши смотрел как на баловство любимой племянницы.

Её искреннее удивление, уверенность в том, что имеет право командовать хозяином, упрямство. Для него всё это казалось необычным и приятным. Да, именно в том момент, когда она бросилась встречать его у дверей комнаты, он решил позволить ей своевольничать. Не во всём, конечно, но ему было интересно наблюдать за её выходками, за тем, как она проявляет характер. Под стать ему она идёт к своей цели пока не добьётся желаемого.