Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 165 – Анастасия Королева

Мужчина выслушал меня внимательно, даже голову склонил к плечу. И с каждым произнесённым мною словом, выражение его лица становилось всё и более непроницаемым. Словно он прятал свои эмоции за семью замками. Прямо как это делала я в эту же секунду. Ответил он не сразу, а лишь  спустя пару минут напряжённой тишины:

— Конечно, я побеспокоюсь об этом.

Развернулся и вышел, больше ничего не сказав, и даже не посмотрев на меня.

С одной стороны я была горда собой, что поступила невероятно мудро, с другой… С другой хотелось отправить эту мудрость лесом и… Что? Вот тут я и самой себе не могла ответить, чего именно нужно было сделать. Согласиться на всё и сразу? Оптом, так сказать?

Я не вчера родилась, понимаю, что нравлюсь ему. Если уж быть честной, я и себе нравилась, когда смотрела в зеркало, ведь Аннэт была чудо, как хороша. Вот только это не я, и меня не покидало странное чувство, что я не имела права на эту её жизнь. Какой бы гадкой она не была, Хэмлин, прежде всего, смотрел на внешность, и только потом на душевные качества. Будь перед ним морщинистая старуха, стал бы он вот так откровенно прижимать её и тем более целовать? Стал бы смотреть горящим взглядом? Стал бы с предвкушением ждать встречи?

Одно, с этим неожиданными путешествием в другой мир, я уяснила точно – сколько бы женщине не было лет, она всегда найдёт причину, из-за которой будет страдать. И это вместо того, чтобы выяснить всё сразу, расставить, так сказать, точки там, где им быть положено.

Но что вот тут говорить прямо? Я не знала…

Время то тянулось медленно, то неслось вприпрыжку. Я то решала держаться холодно и отстранённо, то задыхалась от жара, что расползался по телу. Ощущения, прямо сказать, были не из приятных. И что самое страшное, я ничего с собой не могла поделать. Меня штормило, как бумажный кораблик на волнах полноводного весеннего ручейка.

Аделия пыталась успокаивать меня, как умела. Она села ко мне на колени, крепко сцепила ручки на шее и уткнулась носом, щекоча кожу своим дыханием. Это было приятно, но желаемого умиротворения не приносило.

Устав тревожиться понапрасну, я решила, что если занять себя делами, то и мысли сами по себе успокоятся.

— Пойдём, найдём с тобой Лили? – предложила малышке, на что она с радостью согласилась.

Служанка нашлась на кухне, где на её коленях, так же, как и у меня несколько минут назад, сидела сестричка. Зои о чём-то оживлённо рассказывала и совсем не замечала, что слушателей у неё прибавилось.

— Симус порвал мне платье, представляешь? То самое, которое ты мне купила в последний свой приезд. А такое разве прощают? – вопрос был риторическим, потому что девочка тут же с горячностью сама на него ответила: – Нет, такое простить нельзя! И неважно, что он божился, будто бы нечаянно! Он специально, я знаю! Поэтому и расквасила ему нос кулаком, и он у него превратился во-о-от в таку-у-ую сливу.

Рассказ сопровождался активной жестикуляцией и «сливу» нам показали во всей красе.

— Но девочкам драться нельзя, – с мягкой улыбкой возразила Лили, явно любуясь своей сестрой. – Ты же знаешь об этом, Зои.

— Знаю, – малышка насупилась, впрочем тут же улыбнулась и её огромные глаза засияли озорством. – Но зато он мне потом подарил красивый цветочек. Так что в драке тоже есть своя польза!