Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 67 – Анастасия Королева

— Какая вы догадливая, госпожа, – растёкся сладостью его голос, а я против воли почувствовала, что внутри жаром плеснуло. Вспомнилось вдруг, что не так давно лекарь хвалил мою проницательность, а за ним и… Саймон.

О последнем вовсе думать не хотелось, потому что я решительно не понимала, чего он добивается. Наше общение начинало принимать престранный поворот и я чувствовала, что неумолимо теряю контроль над ситуацией. А терять я ничего не любила, поэтому вкупе со смущением, меня одолевало раздражение.

Проговорив всё это и потомив меня минутным молчанием, мистер Саташи запустил руку в карман жилета и вытащил оттуда конверт.

— Вот, госпожа, вам пришло письмо, – помолчал и добавил с некой торжественностью: – От герцога!

И почему он такой довольный? Неужели уже успел накляузничать и потому точно знает, что ничего-то хорошего в этом послании меня не ждёт?

Руку я протягивала с опаской, а когда увидела довольный блеск в глазах управляющего, вовсе уверилась – успел-таки, гад, подложить мне свинью. Но не отказываться же от письма? Пришлось взять его, ещё и поблагодарить:

— Спасибо вам, я очень ждала весточку от любимого мужа, – притворства не хватило и на «любимом муже» голос дрогнул, выдавая истинные чувства. Ониэр улыбнулся шире. Что же, хитрый лис снова меня переиграл. Впрочем, хотя бы Вистеру я обезопасила, осталось придумать, как самой контролировать её лечение и не допускать, чтобы старушка пила непригодное лекарство.

— Хотите, я прикажу подать чаю на террасу? – видя, что я кручу конверт в руках, рассматривая размашистый незнакомый почерк, и не решаюсь его вскрыть, управляющий решил проявить заботу.

— Если можно, – кивнула рассеянно и первой пошла к дому. Мне не хотелось оставаться наедине с Саймоном, но в этом я не призналась бы даже под страхом пыток. Пусть все вокруг думают, что я бесстрашная и совершенно бессовестная, раз не постеснялась прогуливаться с мужчиной без сопровождения, чем считают меня слабой и трусливой.

Господин Саташи что-то ещё лепетал о том, что погода в ближайшие дни обещается быть хорошей, так ему мужики в деревне сказали, но я не слушала. Обогнала его на несколько шагов, опустилась на край плетёного кресла и вскрыла-таки злосчастное письмо. Ониэр, хмыкнув что-то вроде:

— Не буду вам мешать, – скрылся в доме.

Я же не смогла сдержать кислой ухмылки, потому что письмо начиналось так:

«Дорогая и горячо любимая супруга!!! – одним восклицательным знаком он не ограничился. – Счастлив, что мои молитвы были услышаны».

Язва он, как есть язва.

«Весьма рад, что ты смогла добраться до поместья в целости и сохранности. Впрочем, мистер Саташи написал мне, – тут глаз у меня дёрнулся, – и поставил в известность, что сохранность всё-таки с изъяном.

Дорогая Аннэт! – любит же он вставлять восклицательные знаки по делу и без. – Нужно быть осторожнее и смотреть куда наступают твои прелестные ножки. Иначе так и шею недолго свернуть».

Прикрыла глаза, пытаясь совладать с яростью, что мощной волной поднялась внутри. Про «свернуть шею» – это угроза или простое беспокойство? Впрочем, второе предположение столь нелепо, что у меня с губ сорвался ядовитый смешок. Как же, переживает он! Напротив, молится всем местным богам и богиням, чтобы осторожность вовсе меня покинула. Но как бы зла на него я ни была, нужно продолжить чтение. И здесь мы подошли к самому главному вопросу.