Онлайн книга «Глубокий рейд»
|
А когда в магазин заглянула ещё одна покупательница, они наконец ушли оттуда и пошли по улице. Юнь буквально висла на его руке и болтала без умолку. Саблин и вспомнить не мог, когда он ещё видел её такой счастливой. Там, у себя в чайной, она себе такого не позволяла. Даже когда любила его, и то делала это так, как будто занималась серьёзным, ответственным делом, в котором нет мелочей. И когда они проходили мимо одного магазина, Саблин потянул её в сторону шлюзовой двери: — Давай зайдём. — Куда? — удивилась она. — В ювелирный? — Да, — коротко ответил он. Юнь… ну конечно, она не возражала, а ещё крепче вцепилась в его руку. За дверью шлюза их встретил лысоватый мужичок, он, как и все тут в Преображенской, улыбался им, как лучшим друзьям: — Прошу вас, прошу, господа, проходите. Чем я могу вам помочь? — Да вот… — Аким не знал, как правильно сказать… — Хочу купить ей украшение какое-нибудь. Юнь притихла, но глазки её уже шарили по стеклянным прилавкам, где были рассыпаны и кольца, и серёжки, и цепочки. И всё серебро, золото, камни разные. — Госпожа казачка желает кольцо или, может быть, серьги? — интересуется мужичок всё с той же улыбкой. «Казачка». От такого обращения Юнь просто расцвела. И, глядя на Акима, ответила: — Вот он решит. И тогда Саблин говорит продавцу, упирая палец в стекло: — А вот этот браслет сколько стоит? — Серебро и золото, отличный выбор, господин казак, он стоит семь рублей двадцать копеек. «Ишь ты… Семь двадцать! Немало…». Это было больше, чем рассчитывал Аким. А мужичок, увидав его заминку, тут же сообщил: — Это со скидкой, в нём восемь граммов золота и четырнадцать граммов серебра, отдаю вам почти по себестоимости металла, — при этом он достал из-под стекла украшение и протянул его Юнь: — Госпожа казачка, позвольте руку. Подруга прапорщика тут же стянула перчатку и протянула руку: вот. И продавец ловко и быстро надел ей браслет на запястье. Юнь поднимает руку, и так посмотрит, и так: — Прелесть! Она переводит восхищённые глаза на Саблина. И тот, всё поняв, говорит продавцу: — Беру. А его подруга тянется к его уху, он думает, что она хочет его поблагодарить, но Юнь вдруг шепчет ему: — Купи что-нибудь жене. Саблин даже растерялся немного… «Насте?». Никак он не ожидал от неё таких советов. Впрочем, Юнь была права. Настя за многие годы с ним заслужила подарка, но он считал, что это лишнее. Дом у них был с достатком, дети хорошие. У Настасьи было всё, что имеют её соседки и подруги, да ещё и старший сын на врача учится, но вот подарки… Он давным-давно ей ничего не дарил… И поэтому он тихо спрашивает у своей подруги: — А что ей подарить-то? — Серёжки подари, — говорит Юнь. — Там размер знать не нужно, — она указывает пальцем: — Вот, красивые. — Прекрасный выбор, — тут же поддакнул ей продавец, — золото и синий болотный камень. Подойдёт любому возрасту. И всего пять рублей шестьдесят копеек. Ну а что ему было делать? И он произнёс: — Беру. Глава 24 Те деньги, что он с собой взял, у него закончились бы ещё в магазине Мурашкиной. Он и представить себе не мог, что здесь всё может быть так дорого. Шесть рублей. Да семья в Болотной на такие деньги два месяца жить сможет. Теперь же он тратил те деньги, которые только ещё предстояло отработать. Очень не любил Аким долги. Впрочем, у него кое-что было припасено, были накопления, и если бы вдруг встала задача все выданные ему деньги вернуть, он смог бы покрыть расходы. Смог бы, но доводить до этого ему очень не хотелось. А Юнь шла рядом, висла на его локте и сообщала ему: |