Книга Осколки будущего, страница 236 – Алевтина Варава

Аня безумно переживала по пути, и абсолютно зря. Свекрови добрее и приветливее, чем мама Валя, сложно было придумать. Благодушная пожилая женщина искренне радовалась милой подруге сына, над которой Ника прямо-таки трепетал, буквально сдувая со своей девушки пылинки.

Тайное путешествие в столицу состоялось в последних числах ноября. Через две недели Аня проснулась, умылась, сделала себе кофе, с недавних пор ставший любимым напитком, и, оставив его у остывающего электрочайника, принялась ходить за Анжелой по пятам. На первые вопросы пожимала плечами, потом созналась, что ей нужно с мамой поговорить. Обе уселись в гостиной. И Аня погрузилась в загадочное молчание.

— Отважилась наконец рассказать мне о своём друге? – невинно спросила Анжела.

Принцесса Авелилона всплеснула руками, откинулась на спинку дивана и принялась облегчённо и счастливо хохотать.

Конечно, маме давно было известно о наличии в дочкиной компании парня по имени Ника. И то, что Аня влюбилась, Анжела вычислила давным-давно. Период, когда та стала возвращаться поздно вечером сияющая, словно именинный торт, и дарить родительнице через день охапки красных роз, так что скоро пришлось докупать домой вазы, тоже не прошёл незамеченным. Мама легко сложила два и два. И ждала, когда же конспираторша соизволит сознаться.

Сложнее оказалось с папой.

До того, что Анин избранник работает курьером у Саши Суханова, мамина дедукция не дошла. Это пришлось рассказывать словами. Анжела милостиво взяла на себя миссию подготовить отца семейства к новости, что их старшее чадо уже взрослое. Аня в тот вечер спряталась в замке Бэллы и Мэри-Лин и подробностей не знала. Накануне она, сотрясаясь от нервной дрожи, познакомила маму и Нику в кафе. Потом выяснилось, что те вошли в преступный сговор, и первое общение будущего мужа в статусе Аниного кавалера с её папой прошло без Ани утром, когда она ещё гостила у соратниц. Принцесса Авелилона возвратилась домой и обнаружила там Нику и папу, допивающих второй литр пива. В гостиной витал стойкий аромат солёной рыбы, Саша Суханов хвастался внушительной коллекцией бокалов с ручками, которые собирал по всему миру и весело подчёркивал, что ни за один не заплатил ни копейки.

Близящийся Новый год должен был стать первым общим торжеством – с Никой, мамой и папой. Чтобы не оказаться в центре внимания за столом, кроме молодого человека, Аня позвала в гости Кристину и Мэри-Лин с матерью. Но Крис, путаясь и смущаясь, объяснила, что Артур обещал посвятить её в японские новогодние традиции, и она уже дала слово отмечать праздник с ним. Причём даже аргумент, что в Токио полночь наступит на семь часов раньше, не убедил её принять приглашение подруги заглянуть по истечении тамошних торжеств, ибо «первое утро года – тоже чрезвычайно познавательно!»

Аня настаивала, соблазняя тем, что семейная и, возможно, чуток неловкая часть праздника продлится только с шести вечера до боя курантов, потом папа и мама уедут в ресторан, который Саша Суханов забронировал и оплатил задолго до нежданного обнаружения Аниных отношений, и которым частично пожертвовал скрепя сердце, – ведь там ждали друзья. Но и это не помогло. Чего-то Кристина недоговаривала.

Ответственной за Сонечкин отход ко сну была Елизавета Афанасьевна, согласившаяся встречать 2009-й на работе. А следить за порядком должна была мама Мэри-Лин. Весь этот отличный план омрачали наличие Стаси и бабушка Элеонора, неожиданно приехавшая в гости в восемь вечера.