Книга Дополненная реальность. Новый пользователь, страница 8 – Алевтина Варава

Шоколадные батончики лежали рядами в брендированных коробках. Стояли строем в ожидании Пашки. Подначивали. Дразнили.

Он взял вафли и положил в корзину. Будет странно столько проторчать в этом отделе и ничего не купить.

Потом протянул руку к «Твиксам». Постарался припомнить приёмы Толика. Пашка сам не понимал, когда и как бывший друг что-то брал и прятал. Точно не готовился подолгу. Действовал молниеносно и уверенно.

Пашка постарался загородить спиной стеллаж, чтобы не попасть в какую камеру. Плохо слушающимися пальцами сунул батончик в рукав, не помогая второй рукой. И взял ещё один. Отправил в корзину к вафлям. Для конспирации.

Сердце отбивало такой ритм, что даже колоть начало. Потом боль сместилась куда-то в правый бок, под рёбра. И там сохранилась, – Пашка даже поморщился.

Прояснил для себя напоследок, что кладут в вишнёвое варенье, – чтобы успокоиться. Впереди было самое стрёмное. Выйти из супермаркета.

Ведь сейчас он ещё ничего, по сути, не украл. Может, он всегда несёт покупки на кассу в рукаве – просто чтобы не занимать руки. Юридически к Пашке ещё не придерёшься.

Другое дело – около выхода. Там, где седой охранник в чёрном костюме время от времени просит того или иного покупателя предъявить чек.

Обыскивать Пашку имеют право только сотрудники полиции. Это он знал от Толика. Также Толик рекомендовал сотрудников этих не требовать, а лучше виниться, сдавать неудачный экспонат (Толик всегда называл позаимствованное из магазов экспонатами, так-то у него водились деньжата (в отличие от Пашки!), и Толик мог спокойно покупать то, что тырил; но дело было в азарте). Вроде как, Толика ловили за всю жизнь только трижды, и это всякий раз сходило ему с рук.

Как же пить-то хочется. Горло словно феном изнутри высушили.

Пашка решительно подхватил с полки бутылку воды «0,33», смело открутил крышку и выпил половину. Пусть кассирша и охранник видят, что он, Пашка, в магазине, как дома, чувствует себя уверенно и ничего не боится.

Боялся же он даже больше, чем когда в прошлом году шёл на своё первое свидание, и не с кем-то, а со Светкой Мирошиной, одной из самых грудастых девчонок во всей школе. Светка позвала его сама. Паша тогда даже купил три розы, свинским образом подвявшие по пути так, что дарить их стало попросту стыдно. К счастью для Пашки, розы он с огромным сожалением (вялый веник стоил недельных денег на карманные расходы!) сунул в мусорную урну. К счастью потому, что на месте встречи ожидала вовсе не Светка, а Слава и трое его дружков.

Развод был настолько тупорылый, что Пашка потом и сам не мог понять, как повёлся. Где он и где Светка? Но чего он только ни передумал в ночь накануне, чего только ни представил, сколько безумных реплик ни сочинил – и все их позабыл на подходе к её двору. Скорее всего, окажись там реально Светка, вышло бы даже хуже.

Проблемы у Пашки были с противоположным полом. Про-бле-мо-чки. Серьёзные. Заключённые в полном к Пашке от того пола невнимании. Причём сговорились разом все представительницы вражьего стана. Даже стрёмные. Стрёмные даже и в первую очередь. Они Пашку ещё и постёбывали, а это, согласитесь, самое хреновое.

В общем, понятно, почему перспектива заякорить Светку так его взлихорадила.

Только вот сейчас было и того похуже.