Книга Дополненная реальность. Продвинутый аккаунт, страница 45 – Алевтина Варава

Ну ничего, вот будут желания с настроениями соответствовать характеру персонажа, так, глядишь, и сами выставляться начнут правильно… Но на мамку пока баллы было жаль.

— Мам! – снова позвал Пашка.

Шваркнув скрученный жгутом пододеяльник в ванну, мать, с видом свирепым, всё-таки вышла в коридор, а потом сунулась в комнату.

— Присядь, – попросил Пашка, указывая на их постель.

— Павел! Я делом, вообще-то…

— Это важно, – отрезал младший сын.

Мать нехотя приземлилась на кровать. Пашка поднял телефон, открывая её меню.

— Тебе больше отдыхать надо, – объявил он и успел свести энергию в ноль раньше, чем, сбивая все закреплённые желания, гнев из матери вырвался наружу.

И едва поймал её башку, прежде чем она об угол тумбочки звезданулась.

Блин, и то не так и это…

На экране появилась ещё одна недоведённая «П».

Пашка отпихнул отрубленную мамку на спину, потом затащил на кровать её ноги, потянул, почти выровняв, и даже прикрыл батиной стороной одеяла (вышло, что свою половину она придавила намертво).

Осмотрел результат. Ну вроде далеко от обморока.

Пашка оглянулся на коридор. В теле поселилась что-то зябкое.

Неужто перепрограммируется отец в нормального? В натуре? И можно его сделать таким же добряком, как у Толика, например? Чтобы мог даже в настольные игры с сыном поиграть или в поход там пойти?

Приложуха поддержала оробевшего Пашку запятой, словно подталкивала приступать к делу.

— Лена! – внезапно донеслось с кухни. – Лена!!! – Звук телека стал тише. – Каша горит, твою мать! Ты слышишь?!

Выйдя из оцепенения, Пашка заспешил на кухню. С порога поднял на батю, не потрудившегося оторвать зад и выключить огонь под начавшей вонять палёным кастрюлей, камеру телефона.

За сотню очков свёл энергию в ноль.

Отец обмяк, задев локтем чашку, и разлитая жижа побежала по обивке, а потом закапала на пол.

Пашка повернул выключатель конфорки, закрыл подгоревшую кашу вместо крышки разделочной доской, распахнул окно и, вырубив телек полностью, уселся перед отцом на табуретку, как в тот раз, когда желания ему программировал.

Сердце билось, как сумасшедшее. Во рту пересохло. Понял Пашка, что ему стрёмно заглядывать в отношение бати к себе, даже можно сказать, что вообще туда заглядывать не хочется. Только вслепую же ничего не изменишь.

Сначала он всё же вошёл в склонности. Посмотрел на страсть к алкогольным напиткам, в строке которой только пары делений до максимума не хватало. Занёс палец, даже свёл эту пагубную привычку до нуля, но десять тысяч баллов зажал и не оплатил изменения.

Вышел из меню и полез во «взаимоотношения» всё-таки. Нашёл там Соколова Павла Андреевича, 14.02.2002.

Зажмурился.

Сглотнул.

Игруха дала недоведённую «П».

Пашка разбил её, положил телефон на стол и пошёл на балкон курить.

Внутри шевелилось что-то склизкое, неприятное. То ли страх, то ли вообще отвращение. И даже непонятно было к кому, как бы и не к себе.

Могло меню расставить все точки над «i». Наглядно показать то, что и так Пашка знал прекрасно. Только… видеть не хотел совершенно, как выяснилось.

Прикончив подряд три сигареты, он всё-таки вернулся на кухню.

Разлитый чай прекратил капать с уголка на пол. Пахло палёной гречкой. Глаза стали какие-то влажные, когда Пашка всё-таки взялся за смартфон и нажал на своё имя в батином меню взаимоотношений.