Онлайн книга «Дополненная реальность. Сетевая игра»
|
Последние бабки на таксо уйдут, бля. Порыв ветра получился какой-то особенно пронизывающий, и стало Пашке муторно. Месяц в небе словно бы ухмылялся над его наивностью: влез, не пойми во что, и радуется, думает, всё ему будет простенько. Думает, ночью на деревенском кладбище бояться вообще некого. А может, прилогу, блин, покойнички разработали. И через землю оживают. Или ещё что. Лежит там, млять, Разумовский под камнем в своём истлевшем гробу и интерфейс для обновления программирует. Ручки скелетированные потирает. Пашка выругался. Вот вообще не время было дичь всякую думать. Подобрав какую-то ветку, он выскреб из-под основания памятника земли с запасом и сунул в заготовленный на автовокзале Ульяновска пластиковый пакет. Потом сфоткал всё-таки надгробие, ни на что особо не рассчитывая. Это расследование как пить дать упрётся в тупик. Да и так ли оно надо? Сейчас есть проблемы поактуальнее. Новые, сука, пользователи. Пашка сглотнул. Начало ему казаться, что сзади кто-то наблюдает. Залез быстро в приложение такси и заказал машину, только что-то, блин, было непохоже, что она быстро приедет. Вообще не искалась. И на фига было того мужика пугать? Ну сказал бы, что к бабуле своей заехал, днём не успел, а потом уезжает… Нет, надо было выёбываться… Далёкие кудажлейские собаки опять подбавили антуража. Стараясь не смотреть по сторонам, Пашка вошёл в «Квестовые задания». «48. Помести землю в подушку Евгении Анатольевны Мирошниченко. Награда – 40 000 баллов». — Это ещё кто?! – хлопнул глазами Пашка. Офигеть, заданьеце! А почему не Иванову Ивану Ивановичу?! И вот тут нечто испугало Пашку настолько, что очнулся он только на полпути бегом к Кудажлейке потому, что уже просто не мог больше нестись, не разбирая дороги. При следующем взгляде на экран телефона Соколов-младший отчётливо увидел: «48. Помести землю в подушку Евгении Анатольевны Мирошниченко. Награда – 40 000 баллов. Это девушка, которая продаёт пауков, Паш». Сидя на согнутых в коленях ногах посреди неасфальтированной дороги, ведущей к старому кладбищу, в далёкой от дома Ульяновской области, не находящий сил уже ни бежать, ни дышать, объятый сакральным страхом, Пашка всё-таки открыл жуткую игру. И той пронзительно-интимной, панибратской приписки в ней больше не было. Показалось? Конечно, не показалось! Сердце до режущей боли колотилось о рёбра. В бок словно бы снова всадили отвёртку. Глаза жгли слёзы. А почему, собственно? Игруха колдовская. Игруха вообще из Пашки натурального убийцу сделала. Игруха чё хочешь может вытворить. Почему так испугало обращение по имени? Это сиюсекундное уточнение после заданного на пустынном кладбище вопроса? Кто-то следит за ним постоянно. За каждым его шагом, за каждой мыслью. Или что-то… Следит и использует Пашку в своих целях. Его и других. Сколько кладбищ уже обошли Марципан, Пуп и прочие неведомые пользователи? У этого же точно, точно не благие помогательные цели осчастливливания неудачников, блин! Вот тут, тут и сейчас Пашка понял это наверняка. Звонок матери вывел его из какого-то полутранса. И хотя она не ругалась, но спрашивала о том, когда Пашка вернётся и где он, очень настойчиво. Снова подчеркнула, что ей можно сказать правду. Пашка в этот момент оглянулся на очертание кладбища вдали, а потом задрал голову к полумесяцу в ночном небе. |